Кажется, что ему хочется сделать это сильнее, но он себя сдерживает. — Красивая ты. Разденешься для меня?
Всё как в тумане. Здесь, в этой комнате, будто нахожусь не я, а кто-то другой, более смелый и раскрепощённый, потому что не ощущается ни лёгкого укола протеста, ни мысли ему отказать.
Вместо ответа делаю небольшой шаг назад и, не сводя с Дана глаза, тяну боковую молнию вниз. Надо будет не забыть поблагодарить Василину за то, что настояла на платье, которое так просто расстёгивается.
В эту самую секунду я, пожалуй, впервые понимаю, что это большая привилегия — быть женщиной.
Потому что только на женщин мужчины вроде Дана могут смотреть так: с восхищением, ожиданием, будто бы ты — их первая и главная потребность.
Задрав руки, стягиваю с себя платье. А вот здесь Васе минус. Могла бы выбрать что-то посвободнее.
Немного повозившись, я сбрасываю его на пол и выпрямляюсь. Сердце барабанит так, что в тишине квартиры его бешеный стук можно запросто различить. Часто вздымается грудь. Ни единого шанса, что в ближайшее время дыхание придёт в норму.
Можно сказать что-нибудь кокетливое вроде «Ну как?», но рот стянуло волнением. Едва ли стоит упоминать, что впервые в жизни я стою перед мужчиной в нижнем белье. Красивом, к счастью, специально купленном для этого платья и этого вечера.
— Дальше, — тихо распоряжается Дан, пока помечает взглядом каждый сантиметр моего тела.
Я завожу руки себе за спину и берусь за застёжку бюстгальтера. Пальцы немного дрожат.
— А ты?
Не сводя с меня взгляда, Дан делает то, что не закончила я, — парой умелых движений избавляется от рубашки.
Если бы не волнение от собственной наготы, я бы наверняка снова не удержалась от комплимента. У него потрясающее тело: широкие плечи, сильные руки с выступающими венами и мускулистый живот. Оно кажется мне выраженно мужским, возможно, из-за волос на груди.
Бюстгальтер падает на пол рядом с платьем, и я замираю. Дальше не решусь. Не настолько действенно шампанское и не настолько смелая я.
К счастью, делать ничего больше и не нужно, потому что Дан сам подходит ко мне.
Я с выдохом закрываю глаза, когда жар его тела сливается с моим, а ушной раковины касается учащённое дыхание:
— В голове крутится много нецензурщины, но я помню, что тебе нравилась моя поставленная речь. Поэтому всего пара слов."
"Мои щёки вспыхивают, когда он произносит их вслух, и почему-то хочется свести колени. Это ощущение усиливается, когда я чувствую, как пальцы Дана проскальзывают под резинку моего белья и тянут вниз.
