– Я правильно понимаю: вы пришли забрать больного мальчика и переместить его под наблюдение медсестры?
Видит бог, я прикладываю недюжинное усилие, чтобы сохранить спокойствие. Глажу мальчика по спине, то и дело замечая плотоядный взгляд на него милой работницы органов опеки.
– Да, Софья Васильевна, вы правильно поняли, – елейно улыбается она.
– А теперь вы меня послушайте, милая дамочка, – от ее спокойствия я окончательно слетаю с катушек. – Мальчика я вам не отдам. Так и запишите, – киваю ошарашенному следователю Гударенко.
– К вашему сведению, я врач…
– Я знаю, Софья Васильевна, я… – дамочка выставляет руки вперёд.
– Не перебивайте меня, – почти рычу, отступая от них на шаг назад. – Как врач я запрещаю приближаться к Ване до его выздоровления. С моими словами согласится и лечащий врач мальчика. У ребёнка обструктивный бронхит и острая респираторная вирусная инфекция. Вы хотите довести его до дыхательной недостаточности? Пневмонии?
– А с чего вы взяли, что о мальчике не будут заботиться? – пискляво тянет женщина.
– Я знаю, что такое детский дом. И не надо меня убеждать в обратном. На врачебной практике я насмотрелась на кричащих малышей. Детей много, а дежурная медсестра одна. Детей никто не берет на руки, к ним прикасаются, чтобы покормить или… сменить подгузник.
– А что вы хотели, лапочка? – все так же спокойно протягивает дамочка. – Детский дом не санаторий. Или вы хотите оставить малыша себе?
Надеюсь, сарказм, звучащий в ее голосе, мне только кажется…
– А это… вас не касается, уважаемая…
– Наталья Ивановна я, – сухо произносит она.
– И меня это касается, Софья Васильевна. Без одобрения органов опеки ребёнка вам не видать. Так что… Вам лучше со мной не ссориться. Таких умников я ем на завтрак, а усыновителей… пруд пруди. Здорового мальчика все хотят заполучить.
– Наталья Ивановна, вы рассуждаете о ребёнке, как о… бездушном биоматериале. Мне противно, что я являюсь невольным свидетелем дурацкой системы в нашей стране, – голос предательски надрывается.
– И все равно, я не отдам вам больного мальчика. Просто перестану себя уважать… Надеюсь, мне не придётся писать объяснительную? – перевожу взгляд на Гударенко.
– Софья Васильевна, я вам доверяю, – подаёт он голос. – Главный врач и заведующий отделением отзывались о вас, как о порядочном человеке и хорошем специалисте. Думаю, Наталье Ивановне не стоит беспокоиться… Вы же не собираетесь похищать мальчика?
– Нет. Можете не волноваться, – киваю сухо.
