Он в буквальном смысле ел землю: я видела траву и черно-серые крупинки у него на губах. Шея вывернута, и один выкаченный глаз бешено смотрит на меня.
Верхом на нем сидел Кристинин хирург.
Обе руки Григория были вывернуты назад и скованы наручниками.
Имя хирурга я не смогла вспомнить с первой попытки. Василий? Нет, Сергей.
Его ладонь давила на затылок Богуна. Я поняла, почему рот у Гриши набит землей.
– За шею не хватайтесь, пожалуйста, – сказал человек, сидевший передо мной. – Он мог вам что-то сломать… Прикройте глаза, если понимаете меня.
– Я… и словами… могу…
– Скорую вызвали, полицию тоже. – Он вдруг подался вперед и растер мне уши. Я сидела оцепенев, чувствуя, как врезаются в спину доски, к которым он меня прислонил. – Не беспокойтесь, все позади. Вам помогут.
– Скорая… два часа…
– А я тебе говорил, – громко сказал Сергей. – Это Подмосковье. Сюда врачи редко заглядывают. Ты оторван от реального мира, как фея.
– Где… Илюша…
– Что? – изумился парень.
– Илья…
– А! Илья – это сын? – спросил он, отвернувшись к хирургу.
– Муж. Давай сгоняй за мужем, только не удивляйся, если она тебе лицо расцарапает. Держись от нее подальше.
В первую секунду я опешила, решив, что они обсуждают меня. Но парень вновь обернулся ко мне.
Зрение почти восстановилось, и даже в темноте я видела, что у него очень светлые серые глаза с четкой линией вокруг радужки, будто обведенной черным линером. На какую-то секунду мне показалось, что они светятся в темноте, как у того котенка, которого мы искали…
– Котенок… Здесь… Он прячется…
…искали, до того как Гриша сошел с ума.
– Не было здесь никакого котенка, – с сожалением сказал парень. – Человек, которого вы знаете под именем Григория Богуна, заманил вас сюда, чтобы задушить и спрятать тело на стройке. Как ты полагаешь, Серега? На стройке? Я прав?
– Я полагаю, что твоя тощая задница должна быть в двухстах метрах отсюда. Тащи этого Илью.
– Наш герой не вырвется? – Парень кивнул на Богуна.
Вместо ответа Сергей негромко рассмеялся. Нехороший это был смех.
Богун задергался сильнее.
– Постойте… – Горло драло ничуть не меньше, но я упрямо прорывалась сквозь боль. Смысл сказанного доходил до меня с большой задержкой. За одну фразу я все-таки сумела зацепиться. – Этот человек… Почему он… меня…
Парень положил ладонь мне на плечо, и я замолчала.
– Не надо ее волновать, и так намучилась, – вмешался Сергей.
– Я… нет! Я хочу знать…
– Имеет право, – бросил парень в сторону хирурга и повернулся ко мне.
