А что с ним такое?
Девицы переглянулись и уставились на нее так, словно она не от мира сего.
— Да он же первый красавец Лондона и чрезвычайно перспективный жених.
Фрэнсис не сразу нашлась что сказать, потом спросила:
— Поэтому вы так всполошились?
Девицы переглянулись, не в силах поверить, что можно оставаться столь невозмутимой.
— Он не просто красив, — наконец нашлась первая, — а вылитый Адонис.
— А уж богат… — вмешалась вторая. — Говорят, уступает только герцогу Уортингтону.
Фрэнсис кивнула и постаралась скрыть усмешку:
— Ну что ж, если он останется на ужин, я смогу взглянуть на это божество.
Нет смысла убеждать их, что даже при неотразимой внешности можно быть полной задницей. Хихикая и возбужденно переговариваясь, девицы ушли, а Фрэнсис спряталась за цветущим апельсиновым деревом и попыталась осмыслить услышанное.
Взволнованные дебютантки явно не видели в ней конкурентку, поэтому рассказали о Кендалле. Для Фрэнсис было также очевидно, что ей не удастся привлечь к себе внимание столь блистательного джентльмена.
Ее внешность можно было назвать в лучшем случае сносной, а приданое… о нем лучше вообще не вспоминать. Даже если бы граф Кендалл не был таким негодяем, она не смогла бы конкурировать с богатыми юными прелестницами. Слава богу, этот ненавистный лорд последний человек на земле, за которого она хотела бы выйти замуж, так что ей и в голову бы не пришло с ним флиртовать.
Кстати, тот, кому она действительно оказывала внимание и не только — так уж случилось — выглядел ничуть не хуже Адониса.
Фрэнсис не сомневалась, что рядом с Лукасом граф Кендалл показался бы троллем. Во время сезона она уяснила себе, что дебютантки имели обыкновение приукрашивать достоинства богатых холостяков и возводить их в ранг едва ли не небожителей.
Ей уже не раз приходилось видеть, когда внешность того или иного подходящего холостяка описывали с восторгом, а на поверку он оказывался лысым, или толстым, или худым как жердь. От графа Кендалла ей нужно было только одно — несколько минут его времени.
Только чем дольше она ждала его ответа, тем сильнее становилась ее тревога. Ей бы очень хотелось получить его до аудиенции с сэром Реджинальдом, поэтому она и ускользнула из своей комнаты, оставив там Альбину, которая должна была сообщать всем, кто о ней спросит, что у хозяйки мигрень и она спит. Горничной было также велено принести ей ответ лорда Кендалла в ту же минуту, когда он его пришлет.
