— По крайней мере сейчас я не могу придумать, как это можно сделать… может быть, в будущем…
Он еще не договорил, как Наньгун Лю вырвал свою руку из его ладони и с безумным хохотом начал сползать по ступеням, оставляя на холодных, гладко отполированных плитах пола смазанный кровавый след. От его хриплых рыданий и безумного, переходящего на визг смеха многие из тех, кто следил за иллюзией, начали морщиться, а кто-то просто не выдержал и заткнул уши.
— Ха-ха-ха!.. На мне проклятье? Ты меня проклял? Ло Фэнхуа, ты украл место главы ордена Жуфэн, испокон веков принадлежавшее роду Наньгун.
Я сместил тебя, но ведь сохранил твой труп в целости[168.4] и сохранности… поступил с тобой по-божески[168.5]! А ты вдруг проклял меня? Как можно быть таким жестоким… нет у тебя ни стыда, ни совести!.. Я ведь не забыл, как ты…. с добротой и любовью учил меня… поэтому я хотел похоронить тебя… похоронить в Кургане Героев… Ха! Курган Героев! А ты хотел, чтобы я страдал и каждую ночь у меня лопалась кожа… до последнего вздоха! — с яростным ревом он упрямо двигался к дверям главного зала, пока не смог спрятаться в густой тени больших окованных красной медью дверей.
Его пальцы судорожно скрючились и он обессиленно осел на пол, отчаянно ударив ладонью по холодному камню. — До последнего вздоха! Как ты мог так поступить со мной?! Как можно быть таким жестоким… Скотина! Грязное животное! Ты разрушил мою жизнь!
— Глава… — люди из его окружения не могли не проникнуться жалостью к его страданиям и бросились к нему, чтобы помочь подняться, но Наньгун Лю яростно взревел и начал отбиваться, как сумасшедший.
Залитое кровью, обычно безвольное лицо слабака и труса, не способного на большие поступки, сейчас выглядело совсем иначе. В его глазах, как в зеркале, отражалась сжигающая его изнутри ненависть, похожая на огонь степного пожара, быстро распространявшийся по сухой траве.
Наньгун Лю истерически завопил:
— Слушайте… мой первый… приказ главы!..
Свита тут же почтительно опустилась на колени, ожидая его повеления.
— Прежний глава ордена Ло Фэнхуа совершил непростительное преступление… немыслимое зло… и нет ему прощения! Я приказываю его тело… изрубить на тысячу частей… а кости раздробить в песок!..
Сюй Шуанлинь тихо стоял в стороне и слушал, опустив взгляд. По выражению его лица сложно было понять, о чем он думает.
В это время Наньгун Лю накрыл новый приступ и он, не выдержав, рухнул на пол.
