— Почему именно эта? — уточнил я, когда Иванушка выехал за ворота.
— Лихолесье весьма своеобразное место, — ответил парень. — Электроника там может отказывать. Чем больше в машине наворотов, тем выше шанс, что часть дороги нам придется пешком.
— Видимо, там совсем уж страшное место, — буркнул Виктор. — И как там живут без телевизора и интернета?
— Местным он без надобности. Они не смотрят новости и не размещают фотографии в социальных сетях. А зря. Окрестности там красивые.
— Угу. Памятник историко-культурного наследия, — ехидно добавил Феникс.
— Верно, — кивнул водитель. — По документам земля принадлежит Синоду. И ты там вряд ли бывал.
— Хотел попасть. Но на онлайн-картах такого места не нашел. Сдается мне, завезешь ты нас…
Я зевнул и смежил веки. И мгновенно провалился в дрему. Во сне я видел чьи-то глаза, которые неотрывно следили за мной сквозь марево. И все бы ничего, да только казались они жуткими из-за узких звериных зрачков.
***
Когда я проснулся, пейзаж за окном сменился.
Теперь он чем-то напоминал путь к стране болот, куда мы ездили в поисках Хранителя Мора.
По обе стороны от дороги тянулась стена высокого леса. Такого густого, что почти невозможно было разобрать что прячется за стволами деревьев в паре шагов вглубь чащи.
Вскоре наш маршрут перестал быть дорогой. Точнее, таковой ее можно было назвать только с большой натяжкой. Машину нещадно трясло и подбрасывало, когда колесо попадало в выбоину. Мелькнуло перепутье, на котором был установлен вросший в землю, покрытый мхом камень.
На шероховатой, потрескавшейся поверхности красовались полустертые буквы. Но что было написано разобрать я не смог.
Иванушка не стал сворачивать и поехал прямо. На секунду мне показалось, что справа, где-то за стволами, промелькнул высокий забор особняка, к которому вела тропа. Интересно, кто мог купить недвижимость в заповедной зоне? Кто бы согласился тут жить?
Я достал из кармана телефон. Посмотрел на экран, на котором красовалась надпись “нет сети”.
— Приехали?
Иванушка взглянул на меня в зеркало заднего вида и открыл было рот, чтобы ответить, но машина дернулась и заглохла. По инерции она прокатилась еще немного и с жалобным скрипом остановилась. Дружинник несколько раз повернул ключ в замке зажигания, вздохнул и обернулся ко мне:
— Приехали, князь. Дальше придется пешком.
Я только кивнул и выбрался наружу. Взглянул на часы. Но стрелки дорогого хронометра встали.
