Он видел, как в соседнюю гавань зашел еще один драккар — со знакомыми парусами и со щитами, вывернутыми белой стороной: символ мира. Он узнал знамена Рёрика, еще когда корабль лишь показался вдалеке.
Харальд заскрипел зубами. Он мыслил, они с ним они все обговорили на тинге*. Но нет. Ютландскому конунгу все было мало.
Развернувшись, он мазнул неприветливым взглядом по Ивару. Тот едва скрывал жадное предвкушение. Уже готов был вот-вот сорваться с места, вздеть на драккар кровавые щиты* и отправиться крушить все, что попадется по пути.
И Новый Град, разрази его Один.
Харальд поправил теплый, подбитый мехом плащ и зашагал вниз со высокой, отвесной скалы. Ивар — молодой, сопливый щенок — последовал за ним едва ли не вприпрыжку. Почему-то мальчишка думал, что Харальд изменит свое решение, которое провозгласил на тинге.
Ведь Рёрик отправил людей, чтобы попросить его во второй раз, а такого прежде никогда не случалось. Но Харальд свое слово уже сказал и отступаться от него не намеревался.
В Новый Град бить русь он не пойдет.
И хирд свой уведет как можно дальше от Гардарики*. Туда, где живут слабые люди и слабые воины.
Когда Харальд спустился на берег, его люди уже успели установить навесы и запалить небольшой костер. Сегодня они поедят горячего. Ему навстречу шагнул кормщик и правая рука: Олаф, ходивший на корабле еще с его отцом. Когда Харальд разругался с отцом и покинул родной берег, немногословный кормщик ушел вместе с ним.
— Прислал брата, — сказал он и сплюнул в сторону.
К Рёрику он особой приязни не питал.
Конунг кивнул и, мимолетно коснувшись его плеча, зашагал дальше. Ивар следовал за ним по пятам, настолько восторженный, что у Харальда чесались кулаки задать ему хорошую трепку.
— Будь здрав, конунг Харальд Суровый, — Трувор, младший брат Рёрика, заговорил первым, и это было верно.
Он же пришел к Харальду, а не наоборот. Его сопровождал совсем небольшой отряд: дюжина викингов выстроилась у него за спиной. Прикажи Харальд, и его хирд смял бы их в мгновение ока.
— И ты будь здрав, Трувор, — кое-как вытолкнул из себя конунг.
Налетевший ветер подхватил его незаплетенные волосы цвета молодого меда. Когда викинг спускался с корабля и ступал на берег, он распускал прическу, которую носил на драккаре. Которую носил во время кровопролитных сражений.
За правым плечом Харальда выросла суровая фигура Олафа. Скрестив на груди руки, кормщик смотрел на Трувора, словно на коровью лепешку. Смутьянов он терпеть не мог.
