Распахиваю его рубашку. Провожу ногтями по сильной груди, содрогаясь оттого, как его жесткие губы спускаются по моей шее, оставляя засосы. Выгибаюсь, подставляя себя его губам, зубам, которые царапают кожу. Растворяюсь в его истинном мужском запахе, в его руках, начиная уплывать на волнах острого возбуждения.
Всхлипываю, оттого что Родион неожиданно хватает меня за волосы, вынуждая распахнуть глаза.
– Запомни раз и навсегда: пока ты со мной, только я имею право тебя касаться! Отпущу – трахайся, с кем хочешь! – в его голосе звенит металл.
– Я не делюсь женщинами.
Мы настолько возбуждены, что даже его приказной тон, ярость и грубость вынуждают дрожать от желания. По телу прокатываются горячие волны, сводя низ живота.
– Я тоже не делю мужчин с другими женщинами! – шиплю ему в лицо, намеренно расцарапывая грудь.
– Сучка! – алчно усмехается мне в лицо, отпускает волосы и толкает, вынуждая лечь на стол.
Похоже, я только что согласилась на отношения с Беловым, тем самым подписав себе приговор.
Родион в два рывка, дорывает мою майку, обнажая грудь, хватает за пояс шортов и стягивает их с меня вместе с трусиками. Разводит ноги, раскрывая для себя, рассматривает. А я бесстыдно влажная, пытаюсь свести ноги, но он не позволяет, грубо удерживая. Сгибает их в коленях, ставя на стол, открывая меня ещё больше. И я снова настолько возбуждена, что способна кончить от пары касаний. Меня возбуждает сам Родион: его запах, взгляд, тяжёлое дыхание и его возбуждение. Он без подготовки проникает в меня двумя пальцами, поглаживает стеночки влагалища, собирает влагу, размазывая ее по нижним губам, клитору, вынуждая содрогаться от каждого касания.
Тело болезненно пульсирует, мне хочется его внутрь, почувствовать себя наполненной и закричать от грубого вторжения и его размеров. От этого мужчины мне хочется очень много, но он, как всегда, ведет в этой партии. Вновь скользит в меня пальцами, имитируя плавные толчки.
– Какая ты маленькая, Лиса. Как девочка. Сколько мужчин у тебя было? – его голос вибрирует от возбуждения.
– Один! – выкрикиваю, потому что он снова вынимает мокрые пальцы и нажимает на клитор.
– Ты умеешь удивлять, – ведет мокрыми пальцами по моему животу, размазывает возбуждение по соскам, которые наливаются от его касания. Родион наклоняется и слизывает мокрую дорожку с моего живота, всасывает соски, кусает, оттягивая их зубами. Выгибаюсь, подставляя грудь, требуя больше грубой ласки, царапая столешницу от нетерпения.
