И это всё не снилось, потому как по базе опять забегали егеря и, судя по голосам, начали усмирять собак и Ми- троху. Мало того, повскакивали многие враз протрезвевшие прибалты и с акцентом, но заговорили по-русски:
— Лешего чуют! Опять пришёл снежный человек!
— Это русские нас пугают. Все туземцы здесь — лешие...
Зарубин и в самом деле ощутил непроизвольный страх от всех этих звуков, а женская натура отзывалась ярче, поэтому девчонок уже колотило. Они жались к нему, закутывались в одеяло и не могли спрятаться так, чтоб чувствовать себя в безопасности, даже его мужская энергия не спасала.
На сей раз Зарубин даже выходить не стал, закрыл форточки, распахнутые с вечера из-за духоты, и снова лёг, но Костыль ворвался сам. Он включил свет, и, увидев девушек на сексодроме, тут же выключил.
— Прошу пардону... Игорь, всё в порядке, не волнуйся. Это Борута чудит.
— Ничего себе, чудотворец, — проворчал Зарубин. — Девушек чуть с ума не свёл...
— Наших девушек не запугать! — ухмыльнулся Недоеденный, усаживаясь на диван в передней.
— Борута зря старается, верно, барышни?.. Он раньше собачником работал, медведя кормил, так все животные его слушаются, и он может делать с ними всё, что захочет.
Присутствие охотоведа, а более его желание остаться в башне уже бесило.
— А глотку заткнуть ему можешь? — спросил Зарубин.
Костыль намёк понял, нехотя встал.
— Сейчас его переведут в мясной склад, то есть в железный контейнер-рефрижератор. Всё успокоится, и можно будет... поспать. Верно, барышни?
С тем и удалился.
А у девушек вдруг исчезла эротическая лихорадка, хотя они изначально явились в спальню, ведомые желанием поиздеваться над оробевшим Зарубиным. Поэтому и разделись, настрополили себя на роль развращённых сексбомб — захотелось романтики и приключений. Тут же ладони стали просто тёплыми, сухими и глаза почему-то виноватыми.
— Извините нас, — потупленно сказала Натаха. — Хотели приколоться... Светает, так мы поедем. Вы только родителям ничего не говорите, ладно? Всё равно ты клёвый парень.
..
Зарубин спустил им велосипеды с гульбища, девчонки стыдились поднять глаза, и в этом искреннем и целомудренном смущении двух начинающих ведьм они и уехали."
"Через полчаса, когда Боруту перевели в контейнер, собаки успокоились, а на востоке призывно заалело, Зарубин выехал с базы и не торопясь по своим ночным следам, покатил на восток зарастающими полями и перелесками. Опять накрапывал мелкий грибной дождь, и просвета на небе не предвиделось.
