Все тело уже было в синяках, Марину мутило, она мечтала только об одном – чтобы сейчас рухнул потолок, погребя всех под обломками, но, стоило открыть глаза, и все продолжалось по-прежнему – трое уродов, терзающих ее, улыбающийся Воркута, возле которого на полу в отрубе спал Илья, и невыносимая боль в измученном теле. Она не помнила, как и когда все закончилось, только врезались в память слова Воркуты, произнесенные над распластанным на полу телом:
– Ты гляди, вот это баба, двенадцать часов без отдыха! Слышь, красотуля, запомни и подумай.
В следующий раз их будет не трое, а семеро.
После этого Марина уже вообще ничего не видела – как везли, куда, как выкинули к воротам дома, завернув в пальто… Там ее и нашел рано утром вернувшийся с безрезультатных поисков Рэмбо. Он осторожно внес хозяйку в каминную, где в кресле, ссутулившись и тупо глядя на горящий огонь, сидел Егор. Увидев Рэмбо, он вскочил и вырвал у того из рук истерзанное тело жены. Пальто упало, обнажая Марину полностью, и Малыш содрогнулся, глядя…
– Егор… – прошептала она разбитыми губами.
– Не смотри… я не могу…
– Девочка моя, родная моя, не надо, – просил он срывающимся голосом, – я с тобой. Не бойся, любимая моя…
Он поднимался по лестнице в спальню, прижимая жену к себе. В пролете остановился и рявкнул:
– Эй, вы, два урода, врача привезите сюда, живо мне, скоты безмозглые!
– Не кричи… они не виноваты… – попросила она.
Он принес ее в спальню, уложил на кровать, укрыл пледом и, сев рядом, взял ее руки в свои.
Нащупав следы от наручников, посмотрел ей в глаза, и Коваль не вынесла этого взгляда, отвернулась, кусая губы, чтобы не заплакать. Приехавший врач попросил Егора выйти, но тот отказался, и тогда она повернула к нему разбитое лицо:
– Егорушка, я прошу тебя – уйди, я не хочу, чтобы ты видел все это…
– Нет! Я буду с тобой!
– Господи, нет, НЕТ! – заорала она из последних сил. – Уйди, или я покончу с собой!"
"Доктор сразу сделал какой-то укол, и она обмякла, не чувствуя, как он осматривает ее, что-то делает, колет еще какие-то уколы.
Когда он закончил и вышел, Марина кое-как добралась до ванной, включила джакузи и упала в нее. Вода не принесла телу облегчения. В какой-то момент откуда-то в руке оказалась бритва, и, сжав ее, Коваль со всей силы полоснула по левому запястью, как раз по следу наручника. Вода окрасилась красным, и тут на пороге возник Малыш – выбил бритву из руки и заорал так, что сбежалась вся охрана.
