Саша даже не успела ойкнуть и расправить складки на брюках, а так же пристегнуться ремнем безопасности, как Олег нажал методично на несколько кнопок, блокируя двери и откидывая сиденье Саши назад. Саша в последнюю секунду, поняла, что задумал мужчина, попыталась удержаться, но всё бесполезно. Олегу невозможно противостоять. Другой рукой Олег опрокинул Сашу на сиденье и навис сверху, обдавая горячим дыханием.
Олега сразу же стало очень много, он заполонил собой всё пространство большого салона. Саша на голом рефлексе выставила руки вперед, уперев их в каменную грудную клетку мужчины.
– Олег, ты что творишь, – она пыталась ещё сопротивляться. – Нас же могут увидеть.
– По херу. Ты думаешь, мы кого-то поразим в самое сердце одним поцелуем? В парке едва ли не в штаны друг другу лезут!"
"Он в своем стиле. Глаза жадно сверкают, гипнотизируют, и аура «самцовости», которой за год лишь прибавилось, обрушилась на Александру, парализуя волю и напрочь отбивая желание противиться ему. Она, не моргая, смотрела на его лицо, находящееся вблизи от её.
С замершим дыханием ловила трепет длинных черных ресниц, которым могла позавидовать любая девчонка, изучала морщины и до боли знакомые шрамы, говорящие намного больше о характере и судьбе Олега, чем того хотелось бы. Сегодня Олег побрился, но короткая щетина успела образоваться к вечеру и под легкой синевой шрамы можно было разглядеть только вблизи. А ещё Саше отчаянно, до внутренней дрожи хотелось их поцеловать. Каждый. Дотронуться, провести губами, вбирая в себя давно зарубцевавшуюся боль, теплящуюся до сих пор в груди.
Шрамы украшают мужчин? Возможно. Но они от этого не перестают причинять боль, не физическую, не душевную. Как напоминание ошибки, предательства, подставы, людской ненависти и малодушия. Ей, как молодой женщине, испытывающей к Олегу больше, чем симпатию, хотелось взять часть боли на себя. Не сегодня… Но она обязательно сделает то, что требует её душа.
Олег пожирал её голодным взглядом. Саша, как никогда ранее, впитывала в себя его голод и наслаждалась чисто женской властью.
Ей до безумия, до чертиков нравилось понимание, что вот этот сильный, жесткий мужчина хочет её и не скрывает.
Его губы медленно приближались к губам Саши, при этом Олег не разорвал зрительного контакта между ними.
– Соскучилась?
Его хриплое дыхание обжигало, будоражило, заставляя Сашу ещё сильнее вжиматься в кожаное сиденье.
И девушка, протестуя против собственной реакции, сощурив глаза, выдохнула:
– Нет.
– Врееешь.
