И черт возьми! Мы оба под прицелом! Еще секунда – и убийца выстрелит!
Беспомощно я опускаюсь рядом с Виктором и заглядываю в его глаза.
А в них слезы…
Глава 42
Мы все ищем ответы. Так устроен человеческий мозг. Правда дает нам освобождение. Пусть она бывает совершенно разных оттенков, болезненно-жгучая или сладостно-приятная, мы надеемся, что узнаем ее – и жизнь изменится.
Иногда так и происходит: ответы позволяют нам отпустить прошлое, забыть обиды, вдохнуть немного счастья.
Я сижу перед Виктором на коленях, всматриваюсь в его слезящиеся янтарные глаза.
– Я знал, – бормочет он, не отпуская взглядом Еву, которая держит его на прицеле. – Знал.
В один миг мне становится ясно, почему Виктор одержимо занимался делом киллера, как много для него это значило, насколько тяжело ему было все эти годы. Целую жизнь он казнился – винил себя в смерти Евы. Но в глубине души надеялся, что она жива… Это стало его манией! Он хотел выяснить правду.
Сложно сказать, что навело его на мысли о сфальсифицированном самоубийстве, однако Виктор явно предполагал подобное.
Ева не стреляет. Она с интересом наблюдает за нами. Я стараюсь собраться с мыслями и что-то предпринять, пока не поздно. Во рту привкус крови. Я так нервничаю, что искусала губы.
Виктор не поможет. Ему плевать…
Убьют его или нет, какая разница? Он получил освобождение. И не будет противостоять, если эта девушка – главная загадка, вокруг которой вращалась его жизнь, – решит пробить ему голову. Она годами держала его на орбите, а теперь притяжение исчезло.
Осталась пустота.
Нет…
Свобода.
И покой.
А что касается меня…
Если тот самый маньяк – Ева, то кто же тогда Лео? И зачем ему было лгать, что он убийца? Чтобы меня защитить?
Я переключаю взгляд на пистолет, который выронил Виктор.
Нет, я не сдохну!
Я обязана узнать правду!
И я узнаю ее!
Делаю рывок в сторону, подхватываю второй пистолет и направляю его на Еву, из-за чего девушка начинает хохотать.
– Стой на месте! – кричу я."
"Исполнять мое требование она не собирается.
Продолжая держать меня на прицеле, Ева приближается. Она чувствует мой страх. Слабость. Я вижу. Она знает, что я не выстрелю. Для нее это лишь игра. И она с удовольствием в ней участвует.
– Зачем ты это делаешь? – дрожащим голосом стону я, когда Ева оказывается в двух метрах от меня. – Что с тобой случилось?
Она улыбается и подбирается еще ближе, резко уходит влево и размахивается для удара, после которого меня пришлось бы относить сразу в морг. Я уворачиваюсь.
