Тем, у кого есть все средства и возможности для того, чтобы развязать язык убийце!
В конце концов, речь шла о жизни Саши!!!
И все же он чувствовал себя прескверно. Конечно, денег ему теперь не видать: он ведь нарушил договоренность с маньяком...
Но какие, к черту, могут быть договоренности с убийцей?!
Хрен с ними, с деньгами, пусть и очень большими. Заработаем новые!
Зато теперь Александра вне опасности.
Нет, не так: Александра и его дети! Они, его мальчик и его девочка, теперь вне опасности! Серега и ребята, они все сделают, чтобы доказать причастность маньяка к убийствам и отправить его за решетку.
.. Алексей был уверен!!! Так что, строго говоря, он мог теперь отдыхать...
...Нет, не мог. Он чувствовал себя прескверно, и это мешало. Словно он сделал ложный шаг, хоть и убеждал себя в правильности этого шага... В самом деле, на фотографиях в медальонах – наглая рожа Бенедикта. Значит, он не может быть подставным лицом, как он пытался заморочить детективу голову! Следовательно, Алексей принял единственно верное решение! Он еще мог поиграть в игру с маньяком, пока она шла по правилам и пока ставкой были украденные им деньги на квартиру.
Но теперь, когда маньяк нарушил договор, сменил правила, стал угрожать Александре, то ему самое место на Петровке!
Хорошо, если ребята его расколют на признание. А если нет? Ведь говорил же Бенедикт, что пусть хоть до смерти забьют, но он ничего не скажет... Вдруг правда?
Отчего-то ведь он с такой легкостью светился перед детективом! Рискуя в любой момент оказаться на Петровке, в любой! Словно нарочно провоцировал Алексея.
..
Провоцировал, да, своими издевательскими усмешками, своими мерзкими воздушными поцелуями... А когда понял, что эти мелкие провокации не достигают цели, то пошел на серьезную провокацию, на надежную... Записку с угрозой...
Бред какой-то! Бред, бред, бред. У провокации должна быть цель. Не может быть целью маньяка – попасть на Петровку? Чтобы потом тюрьма? И пожизненное заключение, раз уж высшую меру отменили?
Значит, он уверен, что этого не случится?
Или тут другое.
.. Бенедикт просил его остановить. Вычислить. И отдать в руки правосудия, как он выразился. Допустим. Выходит, ему надоело ждать, пока это сделает Алексей? Но зачем тогда игру затевал? И, главное, почему настаивает на том, что не расколется? Если ему так охота в тюрьму, то чистосердечное признание сильно сократит ему путь к заветной камере...
Ох, как не складывалось все...
