И найти вас заодно. Сделаю это без удовольствия, что очень прискорбно... Только ради наказания вашему мужу, который уже успел предать наш с ним договор...
– Что у вас против него?
– Ничего. У меня много чего есть против меня... Меня самого. Я возложил на него миссию... Редкое, королевское доверие меня найти. И остановить.
– Королевское?
– Да. Я выбрал его из многих."
"– Как это остановить?
– Он меня вычислит. И я больше не смогу убивать.
Она недоумевала. Странные речи, странные... Если он маньяк, то, наверное, у него с психикой не в порядке? Он несет бред?
– Не понимаю.
Вы сидите и ждете, чтобы Алексей вас нашел и сдал вас милиции?
– Ну... примерно.
– Такое бывает?!
– Вам не понять... Вы все, так называемые нормальные люди, – вам трудно понять... Я устал!
Он умолк, умолкла и Александра, пытаясь осознать услышанное. Прошло, наверное, с полчаса, как вдруг до нее снова долетел голос Бенедикта.
– Если вам нужно поесть или там в туалет... Вы не бойтесь. Только предупредите меня, что выходите.
Голос его был по обыкновению тих, но этот раз в нем звучала какая-то горечь. И Александра уцепилась за нее, как за соломинку.
– Спасибо, – мягко ответила она. – Я как раз хотела бы выйти.
И с этими словами она отперла свою дверь.
Он стоял в проеме своей комнаты и смотрел на нее. Только сейчас Александра разглядела его: довольно высокий, светло-карие глаза, лицо узкое, бледные губы, волосы каштановые с рыжим оттенком, очень белая кожа... Если бы не выражение лица, не сухая, узкая складка губ, то его можно было бы назвать симпатичным.
– Спасибо, – произнес он. И скрылся в своей комнате.
Александра немного растерялась. Ей на самом деле никуда не нужно было, ни в туалет, ни на кухню, но она рассчитывала на какой-то разговор с Бенедиктом... Услышанная ею горечь дала надежду, что его можно вызвать на откровенность, а откровенность позволила бы ей что-то понять, перестать так отчаянно бояться...
Теперь она стояла посреди пустой большой комнаты, не зная, что делать.
Это слово, ""спасибо"", – что оно означало? Спасибо за что?
С ним, с этим странным и страшным человеком, что-то происходило, словно та сцена, когда он держал ее запястья, как стопудовую штангу, в нем что-то сломала. И эта ломка, Александра чувствовала, была в ее пользу.
Она сходила на кухню, налила себе в кружку воды. И, прихлебнув, спросила:
– Вы хотели поговорить о книге...
– Идите к себе в комнату, Александра.
