И, надо думать, тогда же он принялся следить за детективом, собирать информацию, прикидывая, как лучше и надежнее заставить его заняться расследованием убийств... Каким-то образом (каким, блин?!) он узнал о планах Кисанова купить квартиру, о беременности Александры...
И тогда Бенедикт понял, как это сделать. Как заставить детектива им заниматься.
Вопрос, как Бенедикт собрал информацию о нем, Алексей отложил на потом. Сейчас очевидно было другое: он подложил медальоны задним числом. Оставил ""метки"" для детектива, которыми обозначил новую дверь в ""квесте"".
Стало быть...
Стало быть, он приходил совсем недавно к родственникам жертв! Под тем или иным предлогом он проникал в квартиры и подкладывал медальоны в вещи жертвы!
И, стало быть, его можно вычислить! Нужно только заново обойти всех опрошенных родственников да спросить, кто побывал у них под каким-либо предлогом в квартирах.
И еще надо найти три недостающих случая.
Минуточку! А как же положенные в гроб украшения? Шофер-дальнобойщик и философ по совместительству Степан, терзаемый размышлениями о праве на супружескую неверность, – он сказал, что ВСЕ украшения Лены, жены (а среди них и медальон!), положил в гроб! Невзирая на просьбу тещи отдать ей.
И было это еще в ДЕКАБРЕ!!!
Не клеится. Не вяжется, не стыкуется. Если прав Степан, то вся логика детектива никуда не годится, вся его конструкция летит к черту. Вся абсолютно!
Нет, нет, нет, это Степан ошибается! Иначе и быть не может!
Алексей не помнил его телефон, увы, а с собой рабочих записей не было, еще раз увы.
Посему первой его заботой, едва он переступил порог своей квартиры, было найти номер Степана. К счастью, у шофера-дальнобойщика имелся мобильный – в его профессии вещь необходимая. И Алексей торопливо набрал номер.
– А, привет, сыщик! А я как раз думаю: куда визитку твою задевал? Позвонить тебе хотел. Насчет медальона-то. Знаешь, где я его видел? Не у Ленки – у тещи!
– Как это? – озадачился Кис. – Почему у тещи?
– Вчера я к ней ходил с сынишкой повидаться.
Смотрю, у нее на шее точно такая штуковина, как ты показывал, висит! Я ее-то у тещи и раньше видел, да внимания не обращал. А тут сразу заметил. Ну, и спрашивать стал, откуда, мол... Долго отпиралась, зараза. Но я ее расколол! Одежки-то Ленкины я ей отдал. Она просила: на память, мол. Но я-то ее знаю: все продала! Она такая, теща моя... Так главное вот в чем: медальон она нашла в кармане одного Ленкиного платья. Фоты там нет – того ублюдка, что убийца, как ты сказал.
