Крестьяне, завидев проезжающую мимо карету и барина на коне, останавливались и учтиво кланялись.
Через некоторое время мы снова встретили крестьян на покосе, только на этот раз люди столпились всей гурьбой, что-то бурно обсуждая.
— Барин! Барин! — вдруг заорал кто-то, заметив скачущего на коне графа.
К дороге кинулся мужик, явно намереваясь остановить нас. Карета затормозила, а я поняла, что что-то случилось, и выглянула наружу. Я узнала Никодима, старосту, который сейчас чуть не кинулся под ноги барского коня.
— Барин! Бяда! Помогите! Надо Егорку моего к лекарю отвезти! — запыхался от волнения мужик.
— Объясни толком, что случилось? — нахмурился мой муж — ему пришлось резко остановить Агата, чтобы не затоптать старосту, и конь чуть не встал на дыбы.
— Литовкой его задело, окаянный, на девок засмотрелся, вот его Савка и подсёк нечаянно, — выпалил Никодим.
Я тут же схватила саквояж лекаря, который стоял у меня под ногами, и выпрыгнула из кареты. Меня звать не надо. И так понятно, что парню нужна первая помощь.
Я рванула через луг туда, где столпились крестьяне.
— Софья! — окликнул меня муж.
— Я быстро! — и даже не обернулась. Впереди крестьяне расступились и удивлённо смотрели на меня. На скошенной траве лежал молодой конюх, бледный, как простыня, с голенью, перебинтованной тряпкой, которая вся пропиталась кровью. И то, что дела его плохи, я поняла сразу.
Глава 27. Помощь
Словно робот, я действовала на автомате, отключив всякое чувство жалости к юноше. Егор не кричал, только стонал — у него был травматический шок, от которого конюх впал в апатию и плохо соображал, что происходит.
Рана оказалась серьёзной, была задета артерия. Он потерял уже много крови. Я достала из саквояжа перевязочный материал и, пока обрабатывала рану и накладывала новую тугую повязку, расспрашивала очевидцев.
— Как давно его ранили?
— Минут десять назад, — ответил какой-то мужчина.
— Это всё Савка виноват! — выкрикнул девичий голосок. — Он специально подкосил Егора.
— Я случайно! — оправдывался виновник. — Он сам под литовку попал!
— Хватит спорить! Потом разбираться будете! — повысила я голос, чтобы они замолчали. — Мне нужен ремень или крепкий пояс! — подняла я голову и посмотрела на крестьян, которые внимательно наблюдали за моими действиями. Несколько мужчин тут же принялись снимать с себя пояса.
— Вот этот подойдёт, — кивнула я на длинный плетёный ремень из кожи, который протянул мне грузного вида косарь.
