Но я уверен, что мы справимся, просто нужно чуть-чуть времени и исследований.
— Давид, — прошипел я. — Какого буя ты там мелешь?
— Вы… — снова задрожал Прохоров. — Подойдите к зеркалу.
У него в кабинете вроде бы висело. Сделал шаг и снова оказался там, посмотрел на себя.
— Профессор, монстра вам в жены! Собака вы сутулая! Я вас на фарш пущу! — закричал я.
Глава 20
Услышал, как урод Прохоров закрылся в кабинете и стал баррикадировать дверь. Еще бы, еле сдерживался, чтобы не придушить долбанного экспериментатора.
Не, ну надо же… Твою мать!
Продолжал смотреть не на себя, а на измененную тварь. Полное облачение. Я теперь почти от черныша не отличаюсь. Лицо словно плывет в дыму каком-то, глаза только огромные и пасть, внутри которой две пары острых зубов.
Так, ладно, я в два раза больше по размеру. Тело все черное из-за мелких волосков, на руках когти. Попробовал остроту, просто коснулся своей кожи и сразу порезал. Но удивило другое: рана моментально зажила.
Сдержался, чтобы не надавать по заднице профессору, только потому что сила, которая во мне проснулась, пугала. Вместилище раза в четыре больше моего, так и железа подросла.
Меня настолько увлек разбор новых возможностей, что я силой заставил себя оторваться. В таком обличии, я точно способен, глаз на жопу натянуть магу-уроду. Есть только одна проблема: мне не выйти. Паника поднимется знатная сначала в трущобах, а после уже и во всем Тобольске, и потом бегай от всяких Трутней, желающих меня убить.
— Это чудо… — сказал выглянувший профессор.
— Ага, — улыбнулся я. — Иди сюда, скотина!
У Давида не получилось убежать. Стоило мне захотеть, как когти убрались, я схватил его.
— Давай, Кулибин, придумывай, как мне человеческую обратно форму вернуть! — приказал я.
— Зачем? Вы, Борис Иванович, совершенны. У вас сила и способности измененных, при том истинных. Прошу заметить, вы сохранили свой разум, — вырвался оскорбленный Прохоров. — Стоите на высшей ступени эволюции.
Словно бог!
— Ща я тебя, грешник-то, покараю, — ударил я рукой по столу, а его разнесло в щепки. — Прохоров, твою мать! Хватит на меня так смотреть, у тебя уже слюни капают, да и я себя неуютно чувствую.
— Господин, я не могу поверить, что мне так повезло. Это же один шанс на миллиард, столько событий и условий должно быть соблюдено. Вы не понимаете! — выставил он грудь, защищая мою новую форму.
— Давид… — прошипел я.
