— После таких испытаний красоты Красной площади в моих глазах значительно померкли. Да и слишком людно там, если честно. А ты к чему это спросил?
— Подумал, что Полинке нужно столицу увидеть. С бабушкой и дедом когда-то же нужно познакомиться.
При упоминании его родителей я невольно кусаю губу. В прошлом между нами возникла не слишком красивая ситуация. Его мать звонила мне поздравить с рождением Полины и следом озвучила желание увидеть внучку и заодно познакомиться. А я такая замотанная и уставшая была, что не особо тактично ей отказала.
Мол, извините, сейчас не до вас, как время будет — дам знать. Больше предложений о визите не поступало, и я решила, что она обиделась и даже немного вздохнула с облегчением. Видеться с папой Полины — это одно, но принять вместе с ним еще пару незнакомых людей, казалось совершенно лишним.
А оказалось, что с отцом Роберта произошел несчастный случай — повредил позвоночник, упав с лестницы, и его мать теперь вынуждена постоянно находиться рядом и ухаживать. Когда я это узнала, такой виноватой себя почувствовала.
Они ведь вместе хотели прилететь, а я не позволила.
— Да, пора наверное, — соглашаюсь я. — Надо только время выбрать. С сентября у Полины подготовительная школа начнется, так что может быть в августе?
Ответить Роберт не успевает, потому что звонит его телефон. Он на несколько секунд задерживается взглядом на экране, затем прикладывает его к уху и собранно произносит: «Если ничего срочного — я перезвоню». Никаких срочных дел у звонящего очевидно нет, потому что он почти сразу возвращает мобильный на стол.
— В августе, говоришь? — переспрашивает он, возвращая голосу расслабленность. — Да, можно.
Я опускаю взгляд на свой опустевший бокал и машинально размазываю по стеклу налипший отпечаток пальца.
— Слушай, давай в отель вернемся. Не будем ждать, пока Поля проснется.
Роберт не спорит — поднимает руку и просит счет. А вот смотреть как он его оплачивает, становится для меня неожиданным испытанием. Обычно вместе с нами Полинка и то, что ее отец угощает, выглядит естественно.
А сейчас все как-то непривычно. Правда не настолько, чтобы начать совать Роберту деньги, умоляя разделить счет.
Мы выходим на крыльцо. С заходом солнца полуденная жара спала и теперь я и моя обгоревшая кожа откровенно наслаждаемся долгожданной прохладой.
— Спит? — спрашивает Роберт, когда я в очередной раз смотрю в телефон.
— Даже не шевелится. — Я разворачиваю к нему экран в подтверждение своих слов.
