Любовницей! Надо же… так и заявил, прямо в лоб. Видите ли, не любит он вокруг да около ходить, ещё и мне “завязывать” дал совет.
Унизительно как.
Да и в ваших советах, господин Орешек, я не нуждаюсь. Так что, идите лесом.
Вот.
Мысленно распушив пёрышки гордости, я снимаю платье и ухожу в душ. Приходится поморочить голову с настройкой воды, потому что котельная вечером снова пустила по горячим трубам кипяток. И то ли у меня смеситель стоит плохой, то ли правда что-то с давлением у горячей и холодной воды, но настроить душ с первого раза просто нереально.
То холодная идёт, то резко кипяток прямо. Не расслабляющий душ, а только нервирует. Эх. Вот чай и книга меня точно успокоят.
После душа я натягиваю пижаму с авокадиками, подаренную Кариной на день учителя, распускаю волосы и иду включать чайник, как вдруг телефон пиликает входящим сообщением.
“Ты как там, жива? Орешек не съел? Гы. Не три орешка для золушки, а золушка для орешка”
Ну, Карина.
“Пытался. Я уже дома”
“Как?!” — так и вижу удивлённые глаза подруги, у неё прям в таких ситуациях какое-то особое, фирменное выражение.
“Долгая история”
“Так. Выхожу”
Карина живёт в соседнем доме, она замужем уже год, но муж часто отлучается в командировки, поэтому Каринка периодически забегает ко мне на чай. Она лёгкая, весёлая, открытая, у неё нет привычки осуждать людей, а я эту черту очень ценю.
“Ок” — отсылаю ей и иду долить в чайник больше воды.
Наверное, ей так не терпится узнать подробности моего неудачного свидания с мистером Орешком, что она звонит в двери уже через пять минут.
Будто сидела одетая уже.
— Быстро ты, — распахиваю двери и тут же столбенею.
Потому что на пороге совсем не Карина.
— Торопился как мог, но пришлось задержаться.
Макарский стоит на пороге моей квартиры, держа в руках бутылку вина. Абсолютно спокойный и расслабленный, будто это совсем не он чуть больше часа назад сделал мне похабное предложение, ещё и намекнул, что у него достаточно силы и власти, чтобы у меня не было возможности отказаться.
Я не сообщала ему ни где работаю, ни где живу, ни свой номер телефона. Надо полагать, для того, чтобы добыть эти сведения, возможности у него тоже имеются. И вот сейчас, почти в десять вечера, он находится у меня на пороге, и я ловлю себя на том, что мне страшно. Я его не знаю, но уже той демонстрации силы и настойчивого интереса достаточно, чтобы я почувствовала себя уже не просто неуютно, а очень даже не в безопасности.
