С торчащим в твою сторону хуем»
«Я ревную, Катя. Мне не нравится, когда кто-то смотрит на мою женщину и уж тем более, когда её трогает»
«Твою женщину? А я думала, мы просто трахаемся»
«Я не сказал ПРОСТО! Это ты додумала, Китти Кэт»
Да, но звучало именно так.
«Ты меня унизил, Костя. И очень обидел. И прекрати называть меня кошачьим кормом. Иди к чёрту, вообще»
В другое место я его уже посылала, так что пусть теперь туда сходит. И заблокировала для верности.
А потом злость, вызванная перепиской, сошла на нет, и мне снова захотелось плакать.
Я уже скучала. Тело отдавало лёгкой, сладкой болью, напоминая о событиях прошлых двух ночей, а грудь горела от обиды и разочарования.
Он ведь даже не извинился. Не сказал доброго слова. А дурацкое сердце, глупое, зацепилось за это брошенное «мою женщину».
Оно вообще попало в силки. Сердце моё бедное. Незаметно так, а как очнулось — оказалось, запуталось уже. То, чего я боялась, чего так сильно не хотела, случилось. Я влюбилась.
Влюбилась в человека, который со мной лишь «трахается».
Мне даже в учительскую заходить не хочется. Юркнуть бы на свой третий этаж, но надо идти за ключом от кабинета. Мой личный ключ сломался, завхоз как раз обещал выдать новый, но сейчас надо идти брать школьный.
И, конечно же, по закону подлости, я встречаю Диму в учительской, в которой, к тому же, сейчас никого больше нет.
— Привет, — бросаю коротко, а сама даже глаза на него поднять не могу, делаю вид, что занята поиском расчёски в сумочке.
— Привет, Катерина, — отвечает Дима довольно нейтрально. Обычно он более приветлив. Но обычно ему и не сообщают, что девушка, к которой он имеет интерес, раздвигает ноги перед другим.
Быстро беру ключ и, так и не решившись посмотреть на Диму, практически сбегаю из учительской.
Перед самым уроком, когда уже заканчиваю подготовку доски и раздаточного материала, на экране смартфона вспыхивает сообщение от неизвестного номера:
«Забанить — это так по-взрослому, Катя.
До завтра»
Никаких «до завтра, Макарский».
Следующий день начинается со звонка в дверь. Я даже упрямо собираюсь затаиться и не открывать, но в глазок определяю, что это не Макарский. За дверью меня ждёт курьер с огромным букетом белых роз.
Курьер кивает и передаёт мне открытку и букет, а потом как-то быстро ретируется.
«С днём рождения, моя Китти Кэт»
И, о Господи, сердечко в конце. Смайлик от Макарского — серьёзное дело.
