- Можешь не трудиться, она у них для отвода глаз, и им придется за это ответить.
У меня, если честно, тоже появлялись такие мысли. И камера, скорее всего – муляж. Едем по безлюдному городу молча. С восточной стороны уже занимается рассвет, но спать я, несмотря на это, не хочу. В крови все еще бродит адреналин, хотя и начинает понемногу отпускать.
- Испугалась?
Испугалась. Честно. Когда осознала, что они со мной могли бы сделать.
Обхватив себя руками, коротко киваю головой.
- Молодец, что позвонила.
Снова кивок головой в ответ.
Ответить не могу, потому что в горле спазм. Если он продолжит разговаривать со мной в таком же тоне, велик риск позорно перед ним разреветься. А я всегда плачу только наедине с собой.
Глава 8.
Машина въезжает во двор моей общаги и останавливается напротив входа.
- Спасибо, - благодарю сухо и дергаю рычажок, чтобы открыть дверь, но она не поддается.
- Рай, посмотри на меня."
"Всхлипнув, я роняю голову на грудь. Закусив губы изнутри, изо всех сил стараюсь сдержать слезы, но у меня ничего не выходит.
Они бегут горячими дорожками по щекам и капают с подбородка.
Шумно вздохнув, Герман цепляет подбородок двумя пальцами и поднимает к себе мое мокрое лицо.
- Если будешь реветь, я скажу, чтобы их прикопали в лесу.
- Нет! – восклицаю громко, - не надо, я больше не буду.
В темно – серых глазах мелькает усмешка. Понимаю, что меня развели, и тоже несмело улыбаюсь.
Мы замираем, и в этот момент что-то меняется. Я вижу, как лицо Германа серьезнеет, а со дна глаз постепенно поднимается темнота.
Несколько секунд он всматривается в меня, а затем опускает взгляд на губы.
Происходит что-то непонятное. Глобальное, ломающее выстроенные нами до этого отношения. Всем своим существом чувствую исходящую от него сумасшедшую силу. Подчиняющую, забирающую мою волю.
Капитулирую. Опустив ресницы, жду, когда это случится. Поначалу мою кожу опаляет горячим дыханием, а следом его губы накрывают мои.
Я перестаю дышать, только чувствую, как они вжимаются в мой рот, а следом в него проникает его язык.
Господи, помилуй… Мне кажется, я сгораю заживо, изнутри тела поднимается вибрирующее тепло и быстро заполняет собой все участки тела.
Жарко.
Когда его язык касается моего, в низу живота происходит что-то вроде толчка. Я свожу ноги вместе и прогибаю поясницу.
Но на этом все резко обрывается.
Герман отстраняется и разблокирует двери.
- Беги, Короткова…
И я бегу. Убегаю, сгорая от стыда и смущения.
