— Похвастай ты такой цифрой в России, тебя бы подняли на смех, — улыбаюсь, мысленно калькулируя заморские дюймы в близкие сердцу сантиметры. Ох, ты ж, мама дорогая.
— И, ради бога, неужели ты измерял его линейкой?
— Скажу тебе по секрету, матрёшка, каждый мужик, имеющий пенис, делал это, — ухмыляется Гас, стаскивая с меня платье через голову.
— Так о чём ты разговаривала с матерью?
— Если это прелюдия в твоём понимании, — ворчу, отбрасывая скомканное одеяние в сторону, — то она неудачная.
— Тогда спрошу про другое: сегодня скромница-Луна готова к высадке? А то она моему астронавту уже сниться начала.
Стаскиваю с него футболку и невольно жмурю глаза, потому что жадный рот набрасывается на мои соски.
— Готова, — шепчу, нащупывая ремень на его брюках, — не налажай с пилотированием, Нил Армстронг.
Гас отрывается от моей груди и впивается в меня взглядом.
— Ты серьёзно сейчас говоришь?
Киваю и в подтверждение серьёзности своих намерений несдержанно целую его губы. Именно с этой мыслью я ехала к нему домой после дня рождения Колина, подарить ему желанный первый раз.
Гас отвечает на поцелуй с фанатичным рвением, давлением прижатого ко мне тела подталкивая к кровати.
— Ложись на спину, матрёшка. Сегодня делаешь всё, как я говорю, хорошо?
Бормочу «угу» и укладываюсь на кровать.
— Ноги раздвинь так, чтобы я тебя с закрытыми глазами мог разглядеть, — хрипит Гас, стаскивая с меня трусики.
Приподнимаюсь на локтях и развожу бёдра в стороны. Я совершенно не чувствую смущения. Во-первых, постель — это не место для стыда и целомудрия, а во-вторых, я доверяю Гасу.
Ну и, в-третьих, я до отчаяния возбуждена.
— Ты охеренно сексуальная, матрёшка. Самое сексуальное из того, что я видел в своей жизни, — говорит Гас, пока гремя металлической пряжкой, освобождается от штанов. — Поласкай себя.
Слежу за тем как он встаёт у изножья кровати, полностью обнажённый, и от взгляда на его тело я испытываю визуальный экстаз. Чётко очерченные трапециевидные мышцы плеч, красивая грудь, узкие мускулистые бёдра и длинные ноги.
И этот его, вечно эрегированный младший. Чудовищно большой, гордо подпирающий рельефный живот.
— Хочешь смотреть? — решаю поддержать игру, и быстро пробегаюсь указательным пальцем по клитору.
— И участвовать тоже хочу, — кивает Гас, обхватывая рукой твёрдую эрекцию.
Сердце начинает стучать где-то в пояснице, когда я наблюдаю, как он пристально следит за движением моих пальцев, одновременно начиная удовлетворять себя.
