Более того, до завтрашнего утра я был ее новым боссом, а она буквально напрашивалась, чтобы ее поучили послушанию.
Подойдя к столу, я схватил ее тонкую лодыжку, снял со ступни бежевую туфлю с фирменной красной подошвой Louboutin и отломил от нее сексуальный каблучок. Полные ужаса глаза Эди метнулись ко мне. Я убрал каблук в карман, словно пару сексуальных трусиков, и небрежно надел туфельку обратно на ногу Золушки.
– Равновесие, – голос под стать мне самому прозвучал угрожающе – ей нужно было усвоить этот урок, – самое важное в жизни.
Я стараюсь не вести себя как сволочь без крайней необходимости, но мне кажется, ты пришла испытать границы дозволенного, да, деточка?
Ее хладнокровие развеялось, словно дым, сменившись острым отчаянием. Она вскочила с кресла и обошла стол, не забывая о сломанном каблуке и сжав руки в кулаки.
– Какого черта?! – Глаза Эди бешено метались. Ее ярость лилась через край, и мне хотелось ополоснуться ее чертовски милой злостью, испить из ее колодца печали.
– Какие у тебя ко мне претензии?
– Никаких претензий. Ты вообще вне моего поля зрения. Я зашел в свой кабинет и застал тебя нагло развалившейся за моим столом.
Я бросил галстук на стол и до локтя закатал рукава рубашки.
– Я пришла сказать, что мне не нужна эта работа.
– Хорошо. Потому что ты ее недостойна, – отрезал я.
– В таком случае буду признательна, если ты скажешь, что проголосуешь против меня. То есть я и так знаю: ты это сделаешь, но мне будет гораздо легче, если услышу об этом от тебя.
– А я здесь не для того, чтобы тебе становилось легче. Чем плоха работа в «Чемпионс Бизнес Холдингс»?
Мне незачем было делать что-то ради нее, и все же по какой-то непонятной мне причине она стояла здесь. Поэтому решил пойти на уступку. Девушка наморщила нос. Я уже замечал за ней такую привычку.
– Я не могу здесь работать. У меня есть дела. Планы… другие планы на будущее. Так что можешь и другим сказать, чтобы проголосовали против моего трудоустройства?
– Похоже, что я стану выполнять твои указания? – Я медленно моргнул, самую малость удивившись ее наглости.
– Пожалуйста. – Ее голос звучал ровно, а горящие глаза смотрели в мои.
– Нет, – рыкнул я, взмахом руки заставив ее замолчать, и оперся бедром о край стола. – Никогда не умоляй, Эди. А теперь иди и приготовь мне кофе.
Она запрокинула голову и расхохоталась. Довольно-таки истерично. Девушки-подростки всегда полны эмоций и прочей чуши.
