Я старалась не вспоминать подробности нашего знакомства: то, как он приятно массировал мне грудь, дразняще ущипнул за сосок, погладил животик и скользнул пальцем по клитору в поисках волшебной кнопочки — при мыслях об этом щёки вспыхивали предательским румянцем.
Так что я то и дело давала себе мысленные подзатыльники и повторяла установку не пялиться на напарника Рэя и вести себя достойно. Не хватало ещё, чтобы муж начал ревновать. Не хочу причинять ему такую боль. Нельзя разрушать их дружбу и допустить, чтобы они ссорились из-за меня.
Конечно, как бы дерзко ни вёл себя со мной Лекс, Рэй реагировал на это удивительно спокойно. Но я всё же решила, что не стоит рисковать, лучше проявлять к Лексу сдержанность, хотя бы внешне.
— Всё хорошо? — улыбнулась я мужу, когда он вернулся ко мне, проводив друга.
— Да, — коротко кивнул он, окидывая меня ласковым задумчивым взглядом, который меня насторожил.
— Лекс что-то сказал тебе перед уходом? — спросила я, продолжая наглаживать животик расплывшегося на моих коленях котёнка.
Даже само прикосновение к нежнейшей кошачьей шёрстке вызывало у меня умиротворение.
— Э-э-э, ну-у-у… — неожиданно замялся Рэй. — Он сказал, что придёт к нам в гости сразу, как только его выпишут. Дней через пять.
— Конечно, пусть приходит, — отозвалась я.
— Он тебе понравился? — озадачил меня вопросом муж.
— Хороший мужчина. Приятный, добрый, — ответила я, осторожно подбирая слова. — Няшика покормил.
— Верно, — задумчиво отозвался Рэй, окидывая меня нечитаемым взглядом.
— Ты говорил, что на его отца было совершено несколько покушений. Думаешь, его враги теперь переключились на Лекса? Он в опасности? — спросила я.
— Нет, не думаю, — покачал головой Рэй. — Всем известно, что у лорда Грэя Дариана очень натянутые отношения с сыном. Он не может простить Лексу, что тот родился пацаном, а не девочкой. Грэй просто грезил о дочке. А когда нежеланный сын подрос, то отказался поддерживать отца в его оппозиционной деятельности.
Лекс предпочитает держаться подальше от политики, ему это не интересно. Грэй назвал его как-то за это амёбой, прилюдно.
— Кошмар… — ужаснулась я таким семейным отношениям. — А как же мама Лекса, как она ко всему этому относится?"
"— Надин умерла во время родов. Когда Лексу исполнилось десять, отец отдал его в военную школу-интернат. Можно сказать, избавился от него. Навещал раз в полгода, устраивая допрос про успеваемость.
