Как ее будут охранять? Будет ли возможность сбежать в дороге или в городе, до первой брачной ночи? Не то, чтобы она так уж боялась будущего мужа – чай, не девочка невинная. Но и переживать такое ей не хотелось.
Вечером Наталья взялась за Хуш.
-- В город сколько дней ехать?
-- Столько или столько – Хуш вытянула перед собой руки, на одной из которых был поджат палец.
Понятно, значит, четыре или пять дней.
-- Хуш, а дорога туда не опасна?
-- Не бойся, моя сунехи. Мы поедем большим караваном, с охраной, с телегами.
Тебе нечего страшиться.
-- Хуш, я хочу знать, как пройдет этот путь. Какие там есть опасности?
Служанка немного подумала, недоуменно пожала плечами и сказала:
-- Нет там опасностей, госпожа. Охраны много, да и последние годы купцы чаще ездят – почти никто не нападает, не было даже разговоров таких. Хотя, конечно, раньше про Язык Хирга многое болтали. Да и гибли там многие – кайги-грабители в шайки сбивались, на путников нападали, людей резали, товар забирали. Только давно это было, сунехи.
-- Язык Хирга? Это еще что такое?
-- Ты совсем не помнишь, моя сунехи?! – Хуш жалостно покачала головой.
Язык Хирга, как поняла после длительных расспросов Наталья Леонидовна, представлял собой огромный песчаный клин, что врезался в дорогу со стороны Фаранской пустыни. К сожалению, был он так широк, что ночевать приходилось как раз в центре этого самого языка.
-- Но всегда берут большой запас воды, сунехи, а дикие звери не приходят к костру! Они трусливы и боятся огня, это все знают.
А твое личико мы скроем сархой, и ты будешь такая же белая и прекрасная, как сейчас.
-- Сархой? Это что еще такое?
Хуш всплеснула руками и вынула из-под своего тюфяка клочок черной ткани и принялась расправлять его -- повязка на лицо, живо напомнившая Наталье Леонидовне ее мир, последнюю эпидемию и вездесущие аптечные маски. Чуть глуховато из-за плотной ткани, прикрывшей лицо, служанка продолжила:
-- У тебя тоже есть такая, сунехи.
-- А зачем она здесь нужна?
-- В конце осени и начале весны бывают песчаные бури.
Ты всегда берегла лицо, сунехи.
Теперь Наталья понимала, почему Луш тыкал себе в рот. Но что же он за воин, если побоялся один раз переночевать в пустыне? Она задумалась и махнула рукой на служанку, чтобы та замолчала. А Наталья Леонидовна поняла, что стоит присмотреться к рабу получше, слишком уж противоречивые сведения получаются"
"Следующий разговор у них состоялся нескоро, всего за три дня до прибытия жениха.
