– Да-да, конечно, я понимаю, – испуганно согласился Егор, – если вы считаете нужным, то я, конечно, позвоню следователю и все ему расскажу.
– Думаю, это будет нелишним, – строго сказал Борис. – а я, в свою очередь, могу пообещать вам, что обязательно переговорю с Екатериной, нашей домработницей. Она прибиралась в квартире Ефимия Александровича, а значит, тоже могла знать судьбу пропавших предметов.
– Да-да, если вас не затруднит. И еще, мне неловко вас так обременять, но если вас особо не затруднит, то после разговора с этой Екатериной позвоните мне, пожалуйста.
Видите ли, я очень волнуюсь. Вот мой номер телефона, – и он протянул Борису дешевую, очень простенькую визитку.
– Хорошо, – ответил Посадский, после чего Егор шагнул на лестничную клетку, звякнула кнопка лифта, лязгнули двери, послышался шум работающего мотора, и все снова стихло. Борис и Дина остались вдвоем.
– Ну что, не передумала взламывать чужую квартиру? – спросил Борис у Дины. – Кстати, мне кажется, что ты можешь поискать там внутри кое-что, помимо книги.
– Лампу, пресс-папье и барометр?
– Ты удивительно догадлива, – и Борис неожиданно чмокнул Дину в кончик носа. Как ребенка.
Разъяренная этим братским поцелуем, она толкнула давно отпертую дверь и шагнула за порог. В чужой квартире было темно и тихо. Уезжая, Лена задернула шторы, и теперь в полумраке было довольно трудно что-либо разглядеть. Для начала Дина на цыпочках обошла всю квартиру, чтобы удостовериться, что тут действительно никого нет. Квартира была пустынна, и Дина перевела дух, вдруг осознав, что все это время не дышала.
В кухне капала вода из неплотно завернутого крана, и Дина закрыла его до упора, шепча себе, что от ее визита действительно есть польза. Повинуясь какому-то странному чувству, она открыла дверцу шкафчика под раковиной, где стояло мусорное ведро, совершенно пустое. И что она собиралась здесь найти?"
"На аккуратно застеленной кровати в спальне валялся медицинский халат. Тот самый, в кармане которого следователь обнаружил пустую ампулу и шприц.
Дина похлопала рукой по белой тряпице – ничего. Конечно, Лена давно уже выбросила весь мусор, в котором не было ничего подозрительного или опасного. На подоконнике стоял бюст Гоголя, узнаваемый по характерному носу, да и по пробору тоже. Ну не Пушкин, уже спасибо. Больше ничего интересного в спальне не было. Ни лампы, ни барометра, ни пресс-папье.
«Ты не на обыске, – сама себе шепотом строго напомнила Дина. – Хотела посмотреть книжку, значит, иди и смотри».
