— К твоей маме, — следую за сыном.
— Дай угадаю, она тебя выгнала.
— Нет, не выгнала, — вздыхаю я."
"Антон останавливается и удивленно оборачивается через плечо. Вскидывает бровь:
— А если она тебя не выгнала, почему не остался?
— Какой деловой, — смеюсь я, — я тебе не могу ни вопроса о девушках задать, а ты прямо в душу лезешь.
Антон зевает прикрывая рот кулаком и заходит на кухню. За окном уже задается рассвет. На кухне серо и неуютно.
Антон достает банку с кофе, кофемолку и турку. Он будто потерял ко мне интерес.
Будто я стал для него мебелью, но… вот такой у меня сын.
Фиг его разгадаешь, что у него в голове и сердце. Да, отличный дипломат из него выйдет.
И ведь детстве тоже был таким. Слишком серьезным.
— Слушай, Антошка…
Я иду на провокацию. Он же уже взрослый мальчик и вряд ли ему понравится, когда его называют Антошкой.
Хотя… он для меня и есть Антошка. Всегда ребенок, пусть и очень серьезный.
Антон лишь хмурится на Антошку. Засыпает кофейные зерна в кофемолку.
— Что, пап?
— Я пришел как бы учить тебя жизни, — сажусь на стул.
Антон включает кофемолку. Тихий гул заполняет кухню, и Антон, придерживая крышку кофемолки, опять зевает и сонно тянет:
— Так себе ты учитель, пап, — выключает кофемолку и вновь оборачивается, — слить кучу бабла на свадьбу с шалавой, а после просто взять и уйти.
Ни осуждения, ни возмущения. Просто констатация факта.
— Жизненные уроки, знаешь ли, они дорогие, да, — хочу улыбнуться, но лицо простреливает боль, — зато ты на моем анти примере знаешь, как не надо.
— Теперь бы знать, как надо.
Он засыпает в турку кофе, наливает воду из графина и медленно перемешивает воду с кофе длинной ложечкой.
— Для начала девушку заведи, — говорю я. — Надо начать с этого. Вот. Влюбись. Женись. Роди нам с мамой внуков. Троих.
— А потом разведись, — Антон с тихим стуком ставит турку на керамическую плиту.
В это стуке я слышу всю его ярость и обиду за наш с Мирой развод. Это пострашнее криков и обвинений.
Кухню заполняет густой терпкий запах кофе.
Я делаю глубокий вдох, наслаждаясь моментом раннего рассвета и строго заявляю:
— Совершенно не жалею, что был женат, Антон. И тебе советую… — делаю паузу, — но только женись по любви…
— А разводись по ненависти, — хмыкает.
Я не на шутку пугаюсь того, что мой сын может остаться холостяком. Наш с Мирой развод убедил его в бессмысленности брака и семьи.
Зачем влюбляться, тратить силы, время, идти на компромиссы, если в итоге ждет развод?
Антон у меня максималист.
