Как он смеет обвинять ее в чем бы то ни было? Он ведь совершенно ничего не знает. А если бы знал…
Аврора всхлипнула. Злость, страх, обида и боль снова обрушились на нее с силой, уничтожающей все на своем пути. Грудь сдавил сильный спазм, и она не могла отдышаться. Каждый вздох давался с большим трудом.
Она всхлипывала в безмолвном рыдании, но слезы не шли.
Горячие ладони Рэндалла обхватили ее лицо, и Аврора невольно посмотрела ему в глаза.
– Э-эй, ты чего? Успокойся, княжна. – Вид у него был встревоженный.
Дыхание судорожно вырывалось из ее рта, словно она пробежала ни один километр и никак не могла отдышаться. Сердце с остервенением билось о грудную клетку и готово было выскочить из груди. Она смотрела на Рэндалла напуганными глазами и хватала ртом воздух. Ее руки онемели, а в глазах начало темнеть.
– Аврора, у тебя истерика. Задержи дыхание и считай до десяти – это поможет успокоиться.
Рэндалл тем временем с ногами забрался на кровать и сел перед ней на колени. Он пальцами гладил ее щеки, но ей не становилось лучше.
Аврора попыталась задержать дыхание, но не могла. Она вся дрожала, чувствовала, что вот-вот потеряет сознание.
– Аврора! Посмотри на меня.
В ее глазах потемнело, все тело обмякло, но тут мягкие губы накрыли ее рот. Аврора вздрогнула и затихла. Он притянул ее к себе, обняв за талию одной рукой, а другой продолжая гладить по щеке. Он не кусал ее, как в прошлый раз, – просто замер, прижавшись к ее губам. Аврора открыла глаза и посмотрела на такое близкое лицо Рэндалла.
Его глаза были закрыты, а длинные пушистые ресницы лежали на щеках.
Поцелуй длился не больше минуты, но Авроре показалось, что прошла целая вечность. Первые мгновения она боялась даже вздохнуть, а потом ее сердцебиение выровнялось, и она медленно втянула носом пьянящий аромат Рэндалла. Почувствовав, что Аврора справилась с истерикой, он мягко отстранился и открыл глаза. Они не отрываясь смотрели друг на друга. Рэндалл первым отвел взгляд и как ни в чем не бывало встал с кровати, снова оседлав стул, стоящий спинкой вперед.
Аврора наконец обрела дар речи.
– Зачем ты это сделал? – тихо прошептала она.
– Чтобы угомонить твою истерику.
Аврора кинула на него недоверчивый взгляд. Рэндалл в ответ удивленно выгнул бровь.
– А что я, по-твоему, должен был сделать? Влепить пощечину? Я не бью женщин.
Аврора насупилась и хотела было прогнать его, как в дверь снова постучали. Служанка с камбуза принесла обед.
