Затем царь задал совершенно неожиданный вопрос:
– Принц Рэндалл, ответь мне честно, не как зять тестю, а как мужчина мужчине. Что ты думаешь об Авроре? Удастся ли вам поладить?
Рэндалл на мгновение задумался, по привычке закусив нижнюю губу. Затем посмотрел на собеседника и улыбнулся уголком рта.
– Я думаю, она сведет меня с ума своим характером и сумасбродными выходками.
Дайн довольно усмехнулся. Откинувшись на спинку кресла, он сложил на животе руки и вперил на него изучающий взгляд.
– Знаешь, что меня удивляет? Ты южанин, а Аврора северянка.
Но по характеру и натуре северный лед – это ты, а моя племянница словно бушующее пламя. Прошу тебя, Рэндалл, – он впервые обратился к нему без регалий, – постарайся не погасить в ней это пламя.
– Обещаю, Ваше Величество, что найду общий язык с будущей супругой. – Рэндалл говорил искренне. Он только надеялся, что, пытаясь обуздать дикое пламя юной невесты, не сгорит сам.
Вдалеке снова раздались крики воронов. Рэндалл кинул взор в окно, увидев, как к замку со стороны леса приближалась высокая широкоплечая фигура в большой шубе с капюшоном на голове.
В руках мужчина нес тушу какого-то зверька. Рэндалл прищурился, пытаясь разглядеть лучше, и по мере приближения мужчины он увидел, что это был Герольд, а в руках он нес совершенно не то, о чем подумал он изначально.
– Дьявол! Что произошло? – Рэндалл вскочил с кресла и подошел к окну. Позади себя он услышал шаги Дайна, который поднялся следом.
Герольд нес на руках Аврору. По ее безвольно свисающим и болтающимися в воздухе рукам Рэндалл понял, что она была без сознания.
Обменявшись встревоженными взглядами, тесть и зять стремительно направились к двери.
* * *Безмолвная темнота обволакивала ее. В ней было так уютно и легко, что Аврора не хотела возвращаться к свету. Здесь она не чувствовала ни боли, ни разочарования – ничего. Может, она умерла? Хорошо. Это значит, что скоро она увидит родителей и сможет крепко обнять их. Больше не познает горький вкус предательства. Аврора уже слышала их голоса.
Они звали ее, призывали идти…
– Аврора, доченька моя!
«Голос папы такой встревоженный. Но почему? Разве он не рад видеть меня?»
Аврора увидела впереди тусклый свет.
– Папа… папочка… – Горло сдавило колючей болью, и она смогла позвать отца лишь хриплым шепотом.
– Господь Всемогущий, бедняжка сильно ударилась головой, – обеспокоенно произнес женский голос.
Аврора встревожилась. Он не был похож на мамин. Кто это? Она испуганно попятилась назад.
