Потому что он уже сделал это.
Фактически прокричал о своей слабости на весь мир. Теперь только слепой, глухой или слабоумный еще не понял, что Анна значит для него больше, чем месть за смерть отца и весь его бизнес нахрен. Но мир больших денег не терпит слабоумных, тут все соображают быстро.
Он обозначил приоритет. Не надо гадать, как долго они будут соображать, в чем его главная уязвимость. Теперь только вопрос времени, когда эта алчная свора бывших «друзей» и партнеров во главе с Прохоровым открыто набросится на него.
Плевать. Он еще не упал и падать не собирался. Попробуют полезть — он был готов и мог с этим разобраться.
И нет, Арсений не жалел ни о чем, оно того стоило.
***
А у нее просто не было слов. Ну ненормальный же! Ей хотелось то ли заплакать, то ли отшвырнуть его от себя, то ли прижать крепко. Он решил за нее.
- Аня, - хрипло выдохнул. – Я объясню, дай срок. Сейчас только позволь…"
"Прижался лицом к ее животу и затих. А потом резко втиснулся торсом между ее ног, притянул за талию, заставляя выгибаться в спине, и стал целовать.
Так исступленно, голодно и жарко, что она потерялась в этом.
Несколько бесконечных секунд, самый настоящий провал, но она все-таки вынырнула.
- Стой, стой! – стала отталкивать его от себя. – У тебя кровь, тебе нужно врача!
Он наконец поднял голову, в глазах еще горящее марево, но хрипло хмыкнул:
- Что, выпачкал я тебя? Прости.
Так и есть, а она и не заметила. И у него теперь вся грудь была в крови. Странная ассоциация проскочила у нее, какая-то тревожная.
Но она уже отбросила эту мысль.
- Прекрати! Рану надо обработать.
- Оставь, - он отмахнулся.
Но все-таки выпустил ее из объятий. Потом провел большим пальцем по ее губам и проговорил:
- Обещай, что придешь завтра утром на пляж.
Слишком жадно он смотрел. Слишком было похоже на то, что он назначал ей свидание. Да неужели? Почему все так через одно место?
Но было в этом что-то. Аня не смогла отказать, кивнула:
- Хорошо, обещаю.
А у него глаза ярко вспыхнули, потом он поднялся на ноги и обронил:
- Отдыхай сегодня.
И вышел.
Аня медленно выдохнула. В который раз он перевернул все с ног на голову. И теперь у нее уже не получалось ощущать себя жертвой. Это раздражало. Но она собиралась думать об этом после. А пока хотела просто встать и пойти в ванную помыться.
Но в этот момент отворилась дверь, а в комнату буквально влетела та женщина, старшая над прислугой, экономка.
