Не удержавшись на ногах, я падаю на асфальт, потому что Арлекин отходит в сторону.
Кашляя, хватаюсь за горло и чувствую, что лицо мокрое. Пытаюсь утереть слезы, потому что сквозь них ничего не видно. Грязной ободранной ладошкой размазываю их, ощущая, что щека после двух ударов онемела.
Ко мне наклоняется тот третий, нарочно наступая на пальто и оставляя на нём грязный след.
– Увидимся завтра, девонька.
Они уходят, слышу только треск кустов. Растворяются, оставляя растоптанную меня в аду из беспомощности и ужаса.
Пока не тронули. Пока. Завтра увидимся.
Реву в голос."
"Понимаю, что я не смогу, просто не смогу шагнуть обратно в аллею. Пойду вдоль проезжей части. Пальто светлое, сбить не должны.
Заливаясь слезами, поднимаюсь. Чуть прихрамывая из-за ободранной коленки, я пошатываясь бреду к свету.
Пульс молотит, в ушах шумит, а в голове пусто и звонко.
Медленно иду по обочине, шарахаясь от машин, выезжающих с набережной.
Они равнодушно проезжают мимо, но это и к лучшему.
Когда одна из них, минует меня, но притормаживает чуть впереди, меня начинает колотить.
Из распахнувшейся задней двери выходит здоровый мужик и направляется ко мне.
– Эй...
Я замираю столбом.
Оглядываюсь, пытаясь понять, в какую сторону бежать, и делаю шаг назад, потом ещё один.
– Да стой ты! Как тебя там? Ксюша?
Голос смутно знакомый, но называет по имени. Мужик приближается, и, сморгнув слёзы, я его узнаю.
Ящер. Только он надел на майку джемпер.
Гордеев подходит ко мне. Один взгляд на меня, и желваки на его лице заходили.
– Иди-ка сюда.
Я медлю, и он кладёт мне руку на плечо, от чего я вздрагиваю и приседаю.
– Это, блядь, что за украшения?
А у меня срывает стоп-кран.
Я бросаюсь к нему на шею.
– Я на всё согласна! Сколько угодно буду отрабатывать! Пожалуйста! Пожалуйста, не бросайте меня!
Глава 5
– Они завтра придут, Денис Сергеевич, – всхлипывая, цепляюсь я за его мощную фигуру.
Наверное, я сейчас жалкая, но мне плевать. Мне больно и страшно.
Ящер пытается отодвинуть меня, но я только вцепляюсь ещё сильнее, захлёбываясь рыданиями.
– Я смогу! Я отработаю!
– Блядь, да дай ты посмотреть, – он все-таки отрывает меня от себя, и я вижу, что единственный элемент моего макияжа – тушь – остается на его белом джемпере в тандеме с кровью из моей губы.
