Мужик я или кто? Но Лейла напрягается, а потом принимается отбиваться, как дикая кошка, пытаясь вырваться из моих рук.
– Не смей ко мне прикасаться, болван! – разъяренно кричит она сквозь слезы. – Иди к черту!
Я все равно не отпускаю ее, терпеливо снося тычки острых локтей и даже один укус за пальцы. Выжидаю, пока она выдохнется, и, когда это случается, крепко притискиваю к своей груди. Ляля тяжело дышит мне в шею, продолжая всхлипывать и слабо дергаться.
– Отпусти! – требует снова, но уже спокойнее.
– Не отпущу. Ты моя жена. Имею право!
Она пыхтит, пытаясь вырваться, но зря старается. Переворачиваюсь на бок, слегка наваливаясь на нее, и обнимаю еще крепче.
– Не хочу быть твоей женой! Ты меня не уважаешь. Ты параноик!
– Прости меня, – говорю ей в ухо, целуя во влажный висок. – Я наговорил тебе всякого, но я так не думаю. Я знаю тебя, Лейла.
– Тогда почему так сказал? – глухо спрашивает она.
– Ну, неужели,тыменя не знаешь? Ляль… Ну я же со злости наговорил, чтобы задеть тебя.
Неужели ты не видишь, как я ревную?
Она неожиданно затихает, а потом резко отталкивается, смотря на меня сверху вниз. Лицо красное и опухшее, в глазах капилляры полопались, но все равно красивая. Я так привык к тому, что она женщина-кремень, что выражение ее лица почти шокирует своей трогательной беззащитностью и открытостью.
– Ревнуешь? – спрашивает так недоверчиво, словно я ересь какую-то сказал.
Едва удерживаюсь от того, чтобы закатить глаза. А что же еще, блядь?
– Ты –моя,Лейла! Никто не имеет права не только на твое тело, но и на мысли.
А этот Мурад так и норовит вклиниться! Что прикажешь мне делать?
– Уж точно не оскорблять меня из-за глупости другого человека! – обиженно кривит рот Ляля, а из глаз снова капают слезы.
Притягиваю ее к себе, целуя в воспаленные глазки и слизывая слезы со щек, отчего она начинает снова копошиться, отворачивая лицо.
– Не подлизывайся! Я тебя все равно не прощу!
– А я не перестану просить прощения, – уверяю ее, целуя везде, куда могу достать.
– Красивая моя, ну не злись! Прости своего болвана. Клянусь, я больше никогда не поведу себя так! Пойду разбираться с тем, кто тебе глазки строит, и начищу хорошенько морду, но тебе и слова не скажу!
Лейле удается отвернуться, но я все равно прилипаю к ее спине, крепко обняв руками и ногами, пока она не оказывается в коконе из моего тела. Целую в затылок и плечо, понимая, как глупо себя повел. С Лейлой нельзя так.
