Там была уборка, пришлось подождать, знакомую встретила, немного поболтали, — еле выдавила из себя Катя.
Ей хотелось хорошенько врезать ему и уйти, не оглядываясь, но её самолюбие, которое она только что отвоевала у Танечки, будет раздавлено её же враньем, а та была еще где-то здесь. Катя собралась с силами и заставила себя его обнять.
— Я тебе звонил, а ты не отвечала, подумал совсем заболталась. Я пораньше закончил, решил заехать, поедем домой или посидим ещё?
— Домой, я устала.
Вадим кивнул, помогая подняться Кате одеться.
Она села в машину и её силы тут же иссякли, она откинула голову на спинку кресла и уставилась в боковое окно, боясь повернуть голову в его сторону чтобы не разрыдаться. Вадим положил ей что-то на руки и она вздрогнула, опустила голову и увидела красивый букет цветов.
— По какому поводу?
— А он нужен?
— Вот она моя выгодная сделка? Мне — цветы, ей — твой член?
— Что?
— Хер твой шлюхе через плечо! Сейчас приедем к НАМ домой, ты по-быстрому собираешь свои вещи и сваливаешь, чтоб я твои стыдные болезни по углам не собирала! Потом будем разводиться, дом отходит мне в качестве моральной компенсации.
Свободен, Вадим, как птичка в полёте, скажи спасибо, что яйца не прострелила.
Букет цветов полетел ему прямо в лицо и Вадим, собрав все мысли воедино, понял, с кем Катя мило поболтала в женском туалете. С Таней…
Глава 44. Женская логика
Его молчание было хуже оправданий. Это было будто признание вины. Вадим спокойно положил цветы на заднее сиденье, переключил ручник и плавно нажал педаль газа, пока Катя у себя в голове кубарем катилась с горы на воображаемом сноуборде и орала во всё горло.
Вдох через нос — выдох через рот, иначе давно бы отключилась. Когда они остановились, Катя открыла рот, изумлённо уставившись на здание, откуда её только недавно выпустили. Она повернулась к Вадиму, который дышал через раз, его ладони напряглись и готовы были сжаться в кулак в мгновение ока.
— Ты зачем меня сюда привёз? Чтобы я тут молча инкубатором поработала, пока ты себе ни в чём не отказываешь?
Вадим шумно выдохнул и с силой откинулся затылком на изголовье сиденья, будто выбивая из головы мысли, которые вертелись у него на языке.
Он повернулся к ней и ещё раз вздохнул.
— Как ты себя чувствуешь, Катя?
— Хорошо, или мне в конвульсиях тут начать биться? Отвези меня домой!
— Откуда ты меня только что выгнала, наслушавшись какую-то шлюху?
— Твою шлюху! — прошипела Катя, обнимая себя за живот, который будто напрягся вместе с ней.
