— И хули ты распизделась, если он тебе заплатил?
Таня, как болванчик, смешно дёрнула головой, не понимаю причину смены настроения.
— Совесть замучила, Катерина Викторовна. Вы хорошая, а он мудак всего лишь.
— В своей шлюшьей жизни ты других и не встретишь, дорогуша! — цокнула языком Катя. — Стыдно тебе, Танюша? Перед твоей мамочкой должно быть стыдно, дочка опять пустилась во все тяжкие, а она ведь не знает! Хочешь я ей расскажу? Ты же мне одолжение сделала, рассказав про вашу с Вадимом интрижку? Сделаю и я тебе.
Я ведь всё о тебе знаю — адрес, телефон, ближайших родственников, точнее одного. Ты ведь болезнью матери оправдывала свою работу?
— Мама умерла. Тромб во сне оторвался, в начале февраля, — сдавленно сказала Таня, пряча глаза от пристального взгляда Катерины.
— Ой, какая жалость, но это к лучшему. Умерла в полной уверенности, что дочурка у неё молодец! — расплылась в улыбке Отбитая. — Знаешь, Танюша, что я поняла, пока с такими как ты работала? Я ведь была управляющей борделя, ты не знала? Так вот, бывают шлюхи умные, а бывают тупые.
Тупая это ты. Умные прекрасно понимают, кто они. Ты вещь, Танечка, которую покупают, пользуются и выбрасывают. Ты шлюха. И ничего не значишь для тех, кто тебя покупает. Вы все, как невидимки с отверстиями для слива спермы.
— Обидно, что брак с тобой поставили под удар трахом с такой, как я? — усмехнулась Таня.
— Кто тебе об этом сказал? — вытаращила глаза Катя. — Я не двадцатилетняя дурочка, которая всё ещё верит в один раз и на всю жизнь! Отношения для меня это сделка и я её заключила, на взаимовыгодных условиях.
Я получаю то, что мне нужно от мужа, а он свою часть по договору. Такие как ты, часть этой сделки, вы делаете грязную работу, а я получаю кучу других плюшек. Ты всего лишь товар, Танечка, игрушка на время, пока не надоест.
— Я спала с ним бесплатно, уже потом, после того, как он меня уволил. Он приходил ко мне домой, знает, где я живу.
— Не осуждаю тебя за междуножную слабость. Мой муж — мужик премиум класса, сама пользуюсь, очень довольна! — сверкнула острыми зубками Катя.
— Это ж не меняет того факта, что он тебя слил, да? Поэтому ты сейчас рот открыла. Что, обидно стало? Думала как-то иначе будет? Я заняла свое место рядом с ним, и оно моё! Ты можешь стоять рядом на коленях с открытым ртом, я не возражаю, может что перепадёт.
Таня попыталась открыть рот, чтобы разразиться проклятьями в её сторону, но, увидев взгляд женщины напротив, она невольно отступила на шаг.
