Катя же начала наступать на неё, как танк, чтоб сравнять с землёй оставшееся самоуважение шлюхи.
— Слушай сюда, шваль, я ещё раз повторю — знай своё место! На коленях и с членом во рту! А когда член изо рта у тебя вытаскивают, ты должна хлебало завалить и молчать о том, что было между тобой и тем, кто тебя поимел! Херовая из тебя проститутка, если пиздишь направо и налево, кто твой клиент и что он с тобой делал. Не видать тебе успеха на этом поприще, впрочем, талантами ты и так не блещешь, неудачница. Херово будет, когда личико твоё молодое поплывет от бухла, все вы так заканчиваете.
Под забором будешь давать всем, кто захочет, на бутылку собирая. Так что мотай на ус и заткни пасть! А с Вадимом, я так и быть, поговорю, надо бы ему получше выбирать себе игрушки, не таких пиздливых в следующий раз.
Катя усмехнулась, глядя на Таню, которая будто стала на голову ниже неё и поникла плечами. Но всё же она попыталась снова парировать удар.
— Ну и как тебе такая жизнь? За спиной у мужа, который трахает таких как я, пренебрегая тобой?
— Ты слепая что ли? Я беременна! Мне не до потрахушек! Я мудрая женщина, Таня, мне твой рот для него не жалко, и остальные отверстия тоже.
— И в чём прелесть такой жизни?"
"— В честности, дорогуша! У наших детей будут мама и папа, которые их обеспечат любовью, заботой и баблом, которые папуля им заработал и ещё заработает. И пусть малая часть этого уйдёт на таких как ты, это небольшая плата за то, чтобы не врать друг другу. Ты женщина для постыдных утех, я мать его будущих детей и верная спутница по жизни, которую он любит.
Да, Таня, мужчины любят немного иначе, у них секс и любовь в башке по разные стороны находятся. Они не считают, что трахая доступную тёлку, они предают свою любовь. Меня он носит на руках, об таких как ты вытирает член и ноги, меня устраивает такой вариант. Давай, Таня, побольше бухай, чтоб веселее было, и поменьше пизди, глядишь больше заработаешь.
Катя окинула эскортницу презрительным взглядом и вышла из женского туалета.
Шагая на ватных ногах к столику, Катя высоко несла свой живот и голову, надо было потерпеть, эта сука выйдет оттуда и она должна видеть Катю всё еще победительницей, а не актрисой уставшей после тяжелого монолога и устроившей истерику в гримерке.
Подойдя к столику, Катя встала, как вкопанная, там уже был Великан, общался с девочками, как ни в чем не бывало. Он встал и руки Вадима потянулись к ней, чтобы обнять.
— Ты что так долго? Что-то случилось?
— Нет.
