Я на Дину взглянул остро: рассказала. Только не ясно всю правду, или частично.
— Куда пойдем? — взлохматил светлые волосы, сбрасывая неловкость и напряжение. Между мной и сыном, естественно. Дина выглядела ледяной и недоступной. Королевой. Безусловно королевой. — У нас безлимит.
У Матвея глаза азартом блеснули, но сперва на мать взгляд бросил. Дина едва заметно кивнула.
— На ладью!
— Не сильно круто? — сдвинул брови я. Не хотелось бы в рвоте сидеть. Матвей плечами пожал: мол, я выбрал, но решать тебе. Ладно. — Держи, — и коробку с телефоном протянул.
— Обещанный.
— Вау! — воскликнул. — Спасибо!
Дина за эти пять минут не проронила и слова. Конечно, я надеялся на беседу. Я ведь и эту встречу использовал как предлог, чтобы ее увидеть. И буду использовать, пока есть смысл.
Мы прокатились на ладье. Я чуть новых седых волос не приобрел. В мудях уж точно.
— Давай в лабиринт сам, мы с мамой рядом подождем, — когда Матвей ушел, к ней обратился: — Рассказала?
— Да.
— Про что именно?
— Про развод и про Барсова.
— Ясно. Понятно, почему Матвей такой зажатый.
— Матвей был бы еще более зажатым, если бы рассказала о всех твоих подвигах, — равнодушно бросила. Дина даже не смотрела на меня.
— Если так противно рядом быть, зачем пришла?
Она повернулась и взглядом меня припечатала:
— Потому что не оставлю тебя с ним. Я тебя не знаю. Я тебе не доверяю. Ты мне чужой.
— Хочешь узнать?
— Нет.
— Красавица моя…
— Не смей меня так называть! — гневно прервала. Даже люди, стоявший неподалеку, обернулись.
Все довольные и веселые, деток на выгул привели, а между нами грозные и тяжелые тучи повисли. — Я не твоя!
— Пока еще моя.
— Нет, Савин, ты потерял меня, когда предал в первый раз. Все, что после — фикция. Развод — закономерный итог, жаль запоздалый.
— Я любил и люблю тебя, Дина.
— Ты с Настей в постель ложился от большой любви ко мне, да?
— Да. Еще из страха.
Дина округлила глаза, видимо, считая это наглой ложью. Нет, на этот раз я хотел рассказать правду. Без прикрас.
— Дина, я ненормальный.
Я совсем не такой, каким ты всегда меня считала. Я расчетливый и хладнокровный. Я всегда использовал людей. Всех без исключения. Часто женщин. Я влюблял их в себя и спал с ними, но не потому что мне этого действительно хотелось. Нет. Мне нравилось ими манипулировать. Мне нравилось добиваться своих целей. И мне совершенно плевать было на средства. Я подставлял их, делал гадости и подлости, если требовалось.
— И как же ты меня использовал? — сглотнула Дина.
