Он пересел к нам из черного Гелендвагена. Если бы не его обаятельная, такая свойская улыбка, я почувствовала бы себя героиней бандитского фильма.
— Последний раз телефон вашего мужа был включен в районе Сергиева-Посада, на Торбеевом озере. Там отель прямо на берегу: пляж, рыбалка. Неплохое место для отдыха. Я послал туда пару ребят: администратора по-тихому расспросили, вроде они.
Они с Максом продолжали тихо переговариваться, но я не прислушивалась. Думала о том, что сына верну. А еще о том, как врежу Савину! Казалось, что ниже поступка с деньгами быть не могло — как же я ошибалась! Ощущение, что Женя собрался перещеголять сам себя в подлости.
У него получилось. Настя и Матвей — непростительно. Ненавижу. Теперь я ненавидела собственного мужа. Но это ненадолго. Завтра же подам на развод!
Ничего не осталось к Жене, даже благодарности. Он все убил, растоптал, уничтожил. Единственное, что мучало и останавливало от полного разрыва — сын. Я не могла объяснить всего, поговорить начистоту, рассказать реальные причины нашего развода.
Дети не должны о таком знать. Родители обязаны оберегать их от грязи взрослой жизни максимальное время. А ведь рано или поздно он захочет с Егором, сыном Насти, встретиться. А я видеть и слышать ее не могу! Сама по себе измена мужа — пощечина по сердцу для любой жены, но лучшая подруга… Женя сделал максимально больно, выкрутил ручку до предела: у меня высокий болевой порог, но даже для меня это перебор. Я не хотела думать, кто из них виноват больше. Это значения не имело.
Оба эти человека стали для меня никем.
Через два часа мы остановились у Парк-отеля «Торбеево озеро». Я выскочила, не дожидаясь Макса.
— Дина, подожди, — но я уже рыскала глазами по внушительной территории. Впереди было озеро, зеркальное и гладкое. Матвей обожал купаться, а день похожий, знойный…
— Идите на ресепшен, а я на озере посмотрю… — и бросилась к мостику, ведшему на пляж.
Играла музыка, пахло шашлыком, а на большой площадке лазили дети. Матвея не было. Я пошла по пляжу, вглядываясь в лица, ища знакомую светлую макушку или высокую фигуру Жени.
Вышла на другую сторону к тем, кто решил порыбачить.
— Пап, смотри какого поймал! — услышала до боли знакомый голос. Заозиралась, как заведенная. Вон он. В одних шортах, худощавое тело солнцу подставил. Рядом Женя с удочкой — прямо идиллия. Образцовый отец!
— Матвей! — громко позвала и к нему бросилась.
— Мам, ты приехала! А мы купались вчера, а сегодня на рыбалку пошли.
