Психологи утверждали, что страхи нужно прорабатывать, говорить о них — это херня. Скажешь вслух — и они ни черта не исчезнут, наоборот, станут реальностью.
— Ой, макароны! — Дина вскочила, придерживая вверх платья, и выбежала из ванной.
Я скинул остатки одежды и шагнул под душ. Какой же я наиумнейший идиот! Хотел Дину привязать отсутствием денег, спасти, а она, наоборот, отвязалась, а спасал ее кто-то другой. Возможно, этот Барсов. Я этого не знал точно. Я в принципе не уверен, что моя жена способна на циничный обман и предательство.
Только если с чувствами не справится. А кем она может гореть до сих пор?
— Я пойду Матвея позову, — предупредил и во двор спустился. Он играл на площадке в футбол и близко не похоже было, что голоден. Носиться с пацанами может целый день. Школа хоть как-то дисциплинировала, а лето превратило сына в настоящего Маугли. — Матвей, мама обедать зовет! — крикнул, остановившись рядом.
— Пап, можно еще десять минут? Доиграть хочу.
— Можно, — рассеянно кивнул и на лавочку рядом пристроился.
Хороший день. Пообедаем и можно махнуть куда-нибудь в лес на велосипедах: еды взять, пикник устроить, или на летнюю веранду зайти и там посидеть. Я бросил взгляд на футбольное поле: и не скажешь, что Матвей дохленьким родился, больным ребенком. Вон какой вымахал! Дина была абсолютно здоровой, мы проверяли. Неужели у папаши его так себе генетика? Сомневаюсь, что моя жена могла связаться с каким-нибудь маргинальным упырем. Нет, тогда бы она не любила бы так сына от этого мужчины, хотя женщины склонны к романтизации даже самых отъявленных мудаков.
Я достал телефон, ленту в социальной сети пролистал, ютуб открыл, но сосредоточиться на сложной челюстно-лицевой операции так и не смог. А ребенка, рожденного от меня, Дина любила бы так же сильно? Любовь матери к детям в принципе — это что-то беззаветное, или зависит от различных факторов?"
"Моя мать отца боялась, хотя физически он практически не насильничал над ней, но толкнуть или грубо схватить мог. Это то, что видел я, по крайней мере.
Может, за закрытыми дверями было больше. Вероятно, без нас с Аллой ей было бы легче уйти от него. Возможно, я должен пожалеть ее. Но напрашивался закономерный вопрос: хрена ты детей рожала от него? Ладно одного, но зачем второго?! Я так и не задал его матери. Уже не интересно.
Я снова нашел глазами Матвея, носившегося по полю. Выпрошенные десять минут давно закончились. Мой отец уже дал бы хороший подзатыльник. Я не раз звезды после них ловил.
