Понятное дело, что двое крепких белых парней — это совсем не то, что один крепкий белый парень. А Егерь запросто сойдет за троих крепких белых парней.
Он щурится на вывеску, машинально поводит широченными плечами, оборачивается на меня, предупредительно гудит:
— У меня режим.
— У меня с позавчерашнего дня — тоже, — киваю я, — пошли, там, может, мясо есть. Жрать хочу.
На самом деле, я жрать не особо хочу, кусок в горло не лезет, но заткнуть Егеря с его откровениями надо. Хорошо бы его вообще обратно отправить, к Масе под твердую ручку, которой она держит их с Котом яйца (сука, интересно, перестанет меня этот образ преследовать, или нет?), но ведь не уедет!
Он, похоже, искренне уверен, что мне тут нужна нянька.
Не спорю, я много чего сделал для этой его уверенности. И теперь расхлебываю."
"В принципе, Егерь может быть полезен в розыске, все же, он — единственная родная душа тут. С ним как-то спокойнее, проще… Когда молчит, естественно.
Ну вот сейчас поест, а там и Родриго уже может позвонит…
Надеюсь.
Захожу первым, даже не предполагая, что буквально через пятнадцать минут мое умение заводить нужные контакты и оказываться в нужном месте в нужное время сработает на все двести процентов.
Глава 10
— Не знаю, кто из них Диего, но обслуживание тут — хуевое! — раздражённо рычит Егерь, неаккуратно размахивая практически полным бокалом с колой так, что достается и соседям, и полу, и мне.
Причем, возражаю против этой хрени только я. Соседям, усатым чернявым парнишкам, похер, а пол настолько грязный, что пара капель колы точно погоды не сделает.
— Умудриться испортить колу… Это уметь надо, — продолжает сокрушаться мой приятель, в кои-то веки решивший соблазниться небольшим нарушением спортивного режима и хлебануть адской отравы.
Я мудро дую виски, потому что привык в незнакомых местах любую выпивку сдабривать спиртным. Так хотя бы пятьдесят процентов гарантии, что в бокале не будет дружелюбной твоему организму живности. Хотя, кола — тоже правильный выбор, такую ядерную смесь ни один паразит не выдержит.
Нервничаю, посматриваю на телефон и считаю минуты. В буквальном смысле, если что.
Прикидываю, сколько времени прошло с того момента, когда одна поверившая в себя Эвита вышла из машины и растворилась в пространстве большой и не особо приветливой к нам страны.
И куда она успела за это время влипнуть.
И чего с ней, высокой белокожей блонди с пухлыми губами, могут сейчас тут делать охочие до светляночек мучачос.
