Милые роскошные розы, растущие под окнами в палисаднике, вдруг вымахали в размерах, дотянулись до «гусениц-орков» и веточками с шипами подтягивали тех к себе. А мычали пленники вовсе не оттого, что потеряли дар речи. А потому, что рты им заткнули. В буквальном смысле. Розы не пожалели по жирному огромному бутону, которые как кляпы наглухо заткнули здоровенные клыкастые пасти мужчин.
— Это еще что такое?! — вызверилась я, потеряв остатки терпения. — Отставить! Замереть!
И все послушно замерли. Розы затаились и уже не тащили к себе добычу.
Добыча перестала трепыхаться и мычать. Горгулья прекратила радостно скалиться и прыгать на одной лапке. Вот зачем она это делала, кто мне объяснит?
— Зачем воруете мужиков? — строго спросила я у розовых кустов.
Те начали поворачивать друг к другу пышные цветки, явно мысленно переговариваясь. Потом вдруг в середине каждого из них распахнулись маленькие глаза, заставив меня вздрогнуть.
— Да чтоб вас... мошки никогда не жрали! — нервно выругалась я, лишь в последнюю секунду заменив проклятие на пожелание.
"
"— Это ведь нам? Удобрение? — зашелестели розовые кусты и снова потянули к себе несчастных орков, проклявших, наверное, тот миг, когда их отправили по моему следу. — Ты говорила, что дашь нам удобрение.
— Нет, это мои... Гм... Мои орки, в общем. Удобрение куплю, приношу извинения, запамятовала за всеми этими хлопотами.
— У-у-у... — разочарованно зашумели кусты и втянули в себя выпущенные плети, которыми держали то, что они считали удобрением.
— Кляпы! — напомнила я.
— Фу, они слюнявые. Утилизировать только.
Розы демонстративно отвернули все цветки. Закрыли глаза, встрепенулись и превратились в обычные цветочные кусты. Ничто не выдавало, что еще секунду назад они собирались сожрать пять огромных шкафообразных мужиков.
— Мама некламанть и папа некламанть узе ни плигадяться, — радостно сообщила оркам горгулья. — Мы вас лозотькам сколмим, если тиво.
Я даже не берусь описать всю ту гамму чувств и эмоций, которая плескалась в глазах пленников.
Пасти-то открыты и заткнуты розовыми бутонами.
— Зараза, рты им освободи. Допрашивать будем.
— Питать? — с энтузиазмом бросилась выполнять поручение маленькая нечисть. Забралась на грудь ближайшему пленнику, задними лапками уперлась в его подбородок, передними вцепилась в кляп и начала вытягивать, приговаривая: — Не бойся, зиененький. Мы ни бойня питать будимь. Мы доблые.
