С трудом вспомнил, куда засунул.
Фаина не поверила своим ушам. Целый день мотаться по городу как савраска, отчаяться и вдруг найти сокровище ценой закопанной дохлой вороны.
Она облизала пересохшие губы:
— У меня с собой денег нет и вещей на обмен тоже. Но я сейчас сбегаю, я недалеко живу.
Он обиженно дёрнул бровью:
— Даже не упоминайте про плату. Это подарок. Со мной один охотник за буржуйку рассчитался, сказал — полезная вещь от болезней. А куда мне? Я вон какой здоровый! — Он шутливо хлопнул себя по груди, и Фаина обратила внимание на перепачканные ржавчиной руки с красивыми длинными пальцами.
Да и речь выдавала в нём образованного человека.
— Дай вам Бог всего, чего хотите! — В эту минуту она согласилась бы положить к его ногам любые сокровища, но вдруг сникла. — А жена вас ругать не будет?
— Нет у меня ни жены, ни детей. Да и семьи теперь нет, все разбежались кто куда. — Он махнул рукой в пространство за оградой дворика.
— Я тоже много кого потеряла. — Фаина опустила голову.
— Я в Свечном переулке живу. Там в бывшей москательной лавке домкомбедовский детский сад. Если будет нужна помощь, спросите Фаину, меня все знают, за вашу доброту отслужу чем могу.
* * *Каждый раз, проходя по двору мимо вывески Домкомбеда, Фаина вспоминала, как они прибивали её вместе с Тетериным. Вот тот край держала она, а этого касалась крепкая ладонь Фёдора. Ей так хотелось почувствовать тепло его руки, что однажды она не сдержалась и легонько погладила пальцем красные буквы. Где-то сейчас Фёдор? Жив ли? Не ранен? Чем бы она ни занималась, мысли о Фёдоре никогда не оставляли её голову, тревожа душу постоянным беспокойством.
Известно, что в армии всяко бывает.
— Ты чем занимаешься, Фаина? — выглянул из двери новый председатель Комбеда товарищ Перетятько, — толстый, лысый и беззубый. Он всем хвастал, что потерял зубы в царских застенках, но жена бывшего дворника, что водила ребёнка в детский сад, уверяла, что Перетятько в молодости разбойничал и зубы ему выбил рукояткой револьвера сам начальник Петербургской полиции господин Путилин.
— Буквы запачкались, грязь стираю, — нашлась с ответом Фаина и хотела уйти, но Перетятько пытливо взглянул ей в глаза:
— Расскажи лучше, как там наш Фёдор бьёт контру? Небось, он тебе каждый день пишет?
— Если бы так. — Фаина не сумела совладать с голосом, и он жалобно дрогнул. — Ни одной весточки не получила.
— Да неужто? И с оказией приветы не передавал?
— Нет. Как в воду канул.
