В эпицентре веселья был неутомимый Толян. Ева сидела в кресле, устало прикрыв глаза. А спустя пару часов она обнаружила в темной ванной комнате – просто зажгла свет и дернула дверь – свою двадцатилетнюю племянницу Лариску с Толяном в весьма однозначной и недвусмысленной позиции.
Ева била Толяна по морде узкой и сильной рукой – наотмашь. Пьяная Лариска сидела на краю ванной, икая и рыдая. Скандал, конфуз, а вы чего хотели?
У Евы начались истерика и сердечный приступ, и кто-то из родни даже вызвал «скорую». Поднялась суета.
Чудес на свете не бывает, из хама не сделаешь пана, свинья грязь найдет и так далее и тому подобное. Конечно, умом понимала, что расплата неизбежна и отчаянием, и стыдом, но…
Все пошло прахом – репутация, имидж, ее солидное положение. Сначала Еву жалели, а спустя время начали злорадствовать. Но она взяла себя в руки и попыталась «держать лицо» – ну напился молодой мужик от волнения, с кем не бывает. Виновата, конечно, Лариска. С этой блядью давно всем все ясно. Все ждали финала.
А финала не было. Толян по-прежнему жил у Евы и был тих, как украинская ночь. Мыл посуду, пылесосил и подавал кофе Еве в постель. Она была с ним строга, но спустя какое-то время простила – видимо, ничего с собой поделать не могла.
В общем, наступило затишье. Перед бурей. Буря явилась в образе бестолковой поблядушки – Лариски. Спустя три месяца. Поддатая Лариска колотила ногой в обитую дорогим дерматином Евину дверь. Соседи грозили милицией. Но той все было нипочем. Ева открыла ей дверь. Та села на кухне в грязных кроссовках и куртке – раздеться ей не предложили.
Рыдая, она рассказала Еве про свою неприятность. Лариска была беременна. Толян трусливо прятался в комнате. Ева молча курила.
– Чего ты хочешь? – наконец спросила она."
"Лариска зарыдала еще громче. Ева вышла в комнату, открыла секретер и достала деньги. Потом она зашла на кухню и протянула Лариске пятьсот долларов.
– Уйди с глаз долой и сделай аборт в хорошей клинике, – брезгливо сказала Ева.
Лариска тупо смотрела на деньги, а потом заверещала в голос:
– Откупиться от меня хотите? Как бобику дворовому кость кинуть? Не выйдет у вас ни черта.
Рожу вам назло. Сама бездетная и хочешь, чтобы и я такой осталась? Хрена вам, а не аборт! Буду рожать, чтобы вы все усрались!
Лариска гордо развернулась и хлопнула дверью. Посыпалась штукатурка.
Ева устало опустилась на стул. Потом она зашла в комнату и кивнула Толяну:
– Ну что, папаша недоделанный? Поспешай жениться. Семью создавать.
