Дверь открыли на удивление быстро, и на пороге Ольга Васильевна увидела молодую девушку лет двадцати в халате и шлепках, с распущенными по плечам пушистыми светлыми волосами. Ольга Васильевна растерялась и на секунду подумала, что она ошиблась дверью, но тут же услышала знакомый голос и хрипловатый кашель Андрея Витальевича.
– Ольга Васильевна, голубушка моя! А я вас совсем заждался!
Андрей Витальевич, шаркая, появился в узкой прихожей. Девушка молча пропустила Ольгу Васильевну и приняла у нее плащ.
Ольга Васильевна прошла в ванную и долго мыла руки, пытаясь понять происходящее. Не поднимая глаз, без единого звука, молча, девица протянула ей свежее вафельное полотенце. Ольга Васильевна вздохнула, пристально глядя ей в лицо, вытерла руки и прошла в комнату. Квартира была двухкомнатная, смежная, и Андрей Витальевич сидел в кресле в маленькой комнате, которая всегда считалась спальней. В большой проходной комнате Ольга Васильевна увидела следы пребывания, а скорее проживания новой жилички – кофточки и юбки на спинке стула, косметику на журнальном столике и маленький кассетный магнитофон на подоконнике.
«Может, родственница?» – мелькнуло у нее в голове.
Андрей Витальевич сидел, откинув голову на спинку высокого кресла, и тяжело дышал.
– Был приступ? – коротко спросила Ольга Васильевна.
Он молча кивнул. Потом, откашлявшись, добавил:
– Ночью «скорую» побеспокоили. Теперь вот и вас, голубушка, мучаю.
Ольга Васильевна вздохнула и покачала головой.
Потом принялась за дело. Выслушав и осмотрев больного, она попросила показать все лекарства, которые он принимал в последнее время, что-то корректировала, отменяла, где-то увеличила дозу, добавила сердечное, отметив в своем блокноте, что надо бы сделать кардиограмму и биохимию крови, конечно, на дому. Вздохнув, сказала, что с этим сейчас ох как непросто и придется подождать. Андрей Витальевич соглашался и мелко кивал головой.
– А может, в больницу ненадолго, а, Андрей Витальевич? – предложила она ему.
– Обследуют, витаминчики поколют, может, чего умного скажут, – пыталась с ним пошутить она, понимая, впрочем, что и это не панацея.
Андрей Витальевич замахал руками – что вы, что вы, в больницу ни за что! А потом, улыбаясь, кивнул на стоявшую истуканом в дверном проеме девицу:"
"– Я ведь теперь не один, Ольга Васильевна. – И, помолчав, смущенно добавил: – Ксаночка, моя жена. Познакомьтесь, – почти жалобно попросил он.
