Это было так давно, что сейчас, глядя на Божену, пытаюсь оживить память, но вместо обид, разочарований и старых печалей испытываю только желание ее рассмотреть. И легкую грусть от вида так хорошо знакомых черт ее кукольного красивого лица, из которого ушло все юношеское.
Более острые скулы, более пухлые губы, другая прическа — белые кудри до плеч.
Она смотрит на меня тоже, и в ее голубых глазах взволнованный интерес, словно мысли у нас сходятся.
Мы топчемся, как незнакомки, не решаясь начать разговор, пока моя бывшая подруга не произносит смущенно:
— Привет…
В последний раз я видела ее лет пять назад.
В университете, кажется. Мельком. Перед тем, как уйти на преддипломную практику на последнем курсе своего бакалавриата. Картинки из прошлого проносятся перед глазами, но я со всей ясностью понимаю, что в моем интересе… легкая тоска и грусть…
— Привет, — отвечаю ей. — Давно не виделись.
— Да, — продолжает она меня рассматривать. — Сто лет. Как у тебя дела? Выглядишь как деловая женщина…
Опустив глаза, смотрю на белую блузку и юбку-карандаш, в которые одета.
Божена же одета в дизайнерское платье, а на плече у нее сумка “Шанель”.
Я слышала, что сразу после университета она перебралась в Москву. И что она замужем за каким-то депутатом Государственной думы, который, кажется, значительно ее старше. Так это или нет, не знаю, но выглядит она как женщина, девяносто процентов времени отдающая уходу за собой. Плюс ко всему, на ее пальце блестит тяжелый бриллиант.
— Я работаю в департаменте туризма, — говорю. — Мы сейчас ищем спонсоров для организации экскурсий людям с ограниченными возможностями. Вот… — порывшись в сумке, вручаю ей визитку. — Вдруг станет интересно.
Она забирает картонку с моими контактами, читая:
— Исполняющий обязанности директора… ого.
— Это временно, — описываю реальное положение вещей. — Пока не найдут нового директора. Я просто помощник. А ты? Как у тебя дела?
— Приехала навестить родителей. Сегодня улетаю назад, в Москву.
Я редко здесь бываю. А ты в Москве бываешь? Может… как-нибудь выпьем кофе?
— Я… бываю пару раз в год. Проездом в основном.
— Ясно… но ты все равно сохрани мой номер. Я сделаю дозвон… — она быстро достает из сумки телефон, и уже через секунду мой звонит.
Этот обмен у нас немного суетливый. Кажется, чем больше мы говорим, тем сильнее между нами неловкость. И это снова рождает внутри ту легкую тоску, которую испытываю, когда на Божену смотрю.
