— Ему я сказала, что пять месяцев зимы — это не для меня. И что не люблю толпу. И это не выдумка, я действительно так чувствую…
— Это отличные аргументы. Зря он так с тобой…
Яна издает смешок, глядя в мои глаза, но через секунду смеяться перестает.
Я хочу снять с нее напряжение, в которое она укутана. Забрать его себе и пережевать.
Забрать себе ее. Яну Волгину.
Возможно она чувствует опасность слишком хорошо, поэтому медлит сделать шаг. Я даю ей эту возможность. Еще пару долбаных мгновений. Даю возможность передумать и бежать от меня в Москву или в Китай.
Ведь если останется, я уже не отпущу.
Может поэтому она так шарахалась от меня с самого начала? Поняла, что я хочу ее присвоить с тех пор, как, твою мать, увидел на ресепшене “Четырех сезонов”.
Ее взгляд плавает по моему лицу, пока я сжимаю лежащие на коленях руки в кулаки. Протянув свою, она опутывает мой кулак прохладными пальцами.
Я послушно поднимаю лицо, когда Яна тянет меня за руку. Встаю, и ей приходится поднять подбородок, чтобы смотреть мне в глаза.
Сдерживаю себя, как могу, но желания у меня примитивные — губы, язык, секс.
Она слишком красивая в этом платье, и в подсознании я трахал ее все время, пока длился наш разговор. Но я знаю, как тонко моя малолетка реагирует на грубость и тупую пошлость, поэтому в известность о своих желаниях ставлю исключительно языком тела — преследую ее с голодом, пока делает шуточный шаги назад; ловлю, обнимая за талию.
Мы кружим на месте, сплетаемся. Руками. Дыханием. Тонкие пальцы гладят мою шею сзади.
Если у меня внутри магнит, то у Яны такая же ерунда, потому что к моим губам она прилипает основательно.
Я целую ее, обняв ладонью подбородок. Грубовато, знаю, но сегодня я такой…
— Ты знал, что так будет? — выжимает из себя Волга, когда, заведенный, смотрю в ее лицо.
— Как так?
— Что я никуда не поеду.
Она смотрит на меня пытливо, хоть в моих руках она как горячая карамель: льнет. И обнимает руками за талию так крепко, что боюсь надорвется.
— Нет, — отвечаю.
— Обычно ты никогда не делаешь так, как мне надо.
Ее смех оправдан, но по сути это не шутка. Это факт, который только теперь я начинаю воспринимать как должное…
Глава 65
— Так, а где коробка?
Батя разворачивается вокруг своей оси. Осматривает задний двор, даже под стол заглядывает.
Бросив отвертку, которой подтягивал расшатавшийся на стуле саморез, бормочу под нос:
— Блин…
Отряхиваю руки и трусцой бегу в дом, где после клининга все поверхности скрипят.
