Тот молниеносно садится на корточки, устремляя потеплевший взгляд на детей.
— Мамины иглы, — жалуется Вика, — плохие.
— Не надо игл, — вторит ей Витя, пока я давлюсь рыданиями.
— Да, мне тоже не понравились такие игры, — на удивление мягко отвечает малышам Стас.
Кнопки повисают на его шее, а он обнимает их аккуратно.
— Мама будет за это наказана, — говорит в шутку.
Или всерьез?
Стас бросает быстрый взгляд куда-то мимо меня и мгновенно мрачнеет.
— И, кажется, к наказанию приступим прямо сейчас, — поднимается медленно.
— Так, кнопочки, идите одевайтесь. Мы с вами съездим куда-нибудь. Погулять, — улыбается детям.
Вика и Витя послушно кивают и скрываются в своей комнате.
Я же ищу источник внезапной вспышки гнева Загорского. Натыкаюсь взглядом на сумки и чемоданы. Нехотя поворачиваюсь к Стасу, ожидая серьезную взбучку.
— Откуда Глеб узнал наш адрес? Ты сообщила? Зачем открыла ему? И почему ждала бывшего мужа с собранным чемоданом? — каждый вопрос как снежная лавина, которая обрушивается на меня и душит.
— Стас, ты что? — обхватываю себя руками, пытаясь унять дрожь. — Неужели ты думаешь…
Загорский зол, разочарован, потому что придумал собственный вариант всего происходящего. Но дает мне шанс объясниться.
— Я слушаю, Алиса, — выдавливает из себя.
— Мы с кнопками не можем больше жить здесь, — выпаливаю на одном дыхании прямо в его разъяренное лицо.
Суматошно пересказываю разговор с Алексом, основную информацию, полученную от Глеба, и наблюдаю, как злость в моем мужчине немного утихает, уступая место задумчивости.
"
"— Я хотела к родителям поехать, — подытоживаю я, однако тут же спохватываюсь. — Но тебя предупредила бы обязательно! Я и не думала сбегать! Ста-ас.
Всхлипываю, утыкаюсь лбом в его грудь и тереблю пуговицы рубашки, смятой после драки.
— Уверена, что там ты будешь в безопасности? — уточняет Загорский, будто действительно рассматривает мой вариант. — От Враговых? От бывшего?
Молчу. Потому что теперь не уверена.
Почувствовав мои сомнения, Стас берет меня за плечи и слегка отстраняет, изучает пристально.
Я же обреченно опускаю взгляд.
— Мама в Глебе души не чает, — признаюсь чуть слышно. — Но если я расскажу ей все и…
Загорский слушать дальше не намерен. Он укладывает палец на мои губы, заставляя умолкнуть.
— Ясно, — строго чеканит. — Я отвезу вас к своим родителям. Только там вас никто не тронет. Будете под присмотром, пока я занимаюсь судебной волокитой.
— Что? Нет! — возмущенно вскрикиваю.
