Виктор Алексеевич проворно подскочил к двери и запер ее изнутри на ключ.
— Отвертка есть?
— Откуда? — развела руками Настя.
— Бестолочь, — беззлобно бросил Колобок. — Ну хотя бы ножницы дай.
Он быстро осмотрел розетку, потом, ловко орудуя ножницами, вскрыл аппарат.
— Изящно, — констатировал он, разглядывая едва заметные невооруженным глазом повреждения проводов. — Простенько и со вкусом. Хочешь, развлечемся?
— Зачем? Я и так знаю, кто это сделал. И вы знаете.
— Мало ли что мы с тобой знаем. А вдруг да ошибаемся? И вообще, слишком уж спокойную жизнь ты ему устроила.
Он тут, понимаешь ли, самый умный, самый хитрый, самый удачливый, все у него получается, как он хочет или как ему его хозяева велят, а мы с тобой ушами хлопаем и послушно идем у него на поводу, как безмозглые телята. Пора подергать его за нервные окончания, а то кабы не заподозрил чего-нибудь. Он — работник опытный, прекрасно знает, что гладко бывает только на бумаге, а в жизни обязательно что-то срывается, идет наперекосяк.
Пусть развлечется, поломает голову: в чем же он ошибся.
— Все равно не понимаю, — она пожала плечами. — На что он рассчитывал? Я давным-давно могла обнаружить, что телефон не работает. Это чистая случайность, что мне самой не надо было сегодня никуда звонить.
— И что бы ты сделала, сняв трубку и не услышав гудок?
— Не знаю. Наверное, попросила бы кого-нибудь посмотреть, в чем там дело.
— Кого именно?
Настя усмехнулась.
— Вы правы на все сто процентов, Виктор Алексеевич, я как раз к нему и обратилась бы.
Во-первых, его кабинет рядом, следующая дверь после моей. Во-вторых, все знают, что он хорошо разбирается в аппаратуре и в бытовой технике. Ему постоянно приносят кофемолки, фены, электробритвы и прочую дребедень и просят починить. У него, кстати, и набор отверток есть, этим набором тоже все пользуются. Так или иначе, но мой испорченный аппарат мимо него не прошел бы.
— Вот-вот, — подхватил Гордеев, — он сам бы стал его смотреть и сказал бы тебе, что там такая хитрая неисправность, которую сразу устранить нельзя, нужна одна редкая деталька, и завтра он специально для тебя эту детальку из дома принесет и все починит.
А сегодня тебе придется потерпеть без телефона.
— Ясно. Он не хочет, чтобы мне кто-то дозвонился из города. Причем не наш сотрудник, который меня может искать по десятку разных телефонов, в том числе и по вашему, а кто-то вроде свидетеля, у которого обычно есть только один номер, в этом кабинете.
