В то же время он не мог стать посмешищем в глазах общества из-за ее болтовни. Он ненавидел себя за то, что усомнился в порядочности Шерри. Она должна вернуться. Должна. Ее письмо не было прощальным. Она умоляла его поверить ей, эта прелестная, охваченная отчаянием девушка, и убежала, чтобы дать ему возможность немного остыть и поразмыслить над случившимся, если даже настоящей Чариз Ланкастер удастся опорочить ее.
Она непременно вернется, смущенная, взволнованная и рассерженная. И посмотрит ему в глаза. В конце концов она вправе знать, почему он все время выдавал себя за ее жениха.
И чтобы выяснить это, она вернется. Шерри не из робких.
Вновь и вновь повторяя это себе, Стивен посмотрел вслед леди Ланкастер, уносившей огромную сумму, которую он выплатил ей, после чего подошел к окну и стал смотреть на улицу в надежде увидеть возвращающуюся невесту… Она должна все ему объяснить. И как раз в тот момент, когда Чариз Ланкастер уже садилась в наемный экипаж, к нему сзади подошел брат.
– Что будешь делать? – спросил он тихо.
– Ждать.
Это была одна из редких минут в жизни Клейтона Уэстморленда, когда он не знал, что предпринять, и нерешительно спросил:
– Отослать викария?
– Нет, – резко ответил Стивен. – Подождем.
Глава 41
Держа наготове бордовое пальто из тонкой ткани, старший камердинер Николаса Дю Вилля бросил одобрительный взгляд на сверкающие белизной рубашку и шейный платок хозяина.
– Я всегда говорил, сэр, – заметил он, пока Ники застегивал свой бордовый бархатный жилет, – что ни один англичанин не умеет завязывать шейный платок так, как вы.
Ники весело посмотрел на него.
– А я всегда отвечал, Вермонд, что я больше француз, чем англичанин, а ты недолюбливаешь англичан, и этим все объясняется…
Их разговор был прерван настойчивым стуком в дверь, и камердинер пошел открывать.
– В чем дело? – спросил Ники, удивленный тем, что высокомерный камердинер впустил в его спальню какого-то там лакея.
– Позвольте доложить вам, милорд, что в голубом салоне вас ждет молодая леди.
Она в расстроенных чувствах и говорит, что вы знаете ее как мисс Ланкастер. Она прибыла в наемном экипаже, дворецкий никогда ее не видел и не хотел пускать, но она так настаивала! С ней, видно, не все в порядке.
Он осекся, заметив жесткий взгляд господина, который так стремительно направился к двери, что едва не сшиб его с ног."
"– Шерри?! – воскликнул Ники, и его тревога возросла, когда она бросила на него полный отчаяния, затравленный взгляд.
