— От твари трусливой слышу, — задвинул я под куст туес с ягодой.
Закончились те времена, когда я от этого урода терпел оскорбления. Теперь назад поворачивать поздно. Если задуманное выгорит, мне на всех этих Лодмуров и Саносов будет плевать, если не срастётся вдруг что-то, так и так мне в деревне не станет житья.
— Что?! — вылупился на меня обалдевший старшак. — Что ты сказал, ушлёпок?!
— Сам ты ушлёпок, — скрестил я на груди руки. — И трус. Только трусы такой толпой приходят бить младших.
— Да я тебя… — вскинул Санос кулак.
— Один на один! — отскочил я и принял защитную стойку.
— Не мешать! — рявкнул Санос своим, принявшимся окружать пятачок между ручьём и опушкой леса. — Сначала я. Потом отдам всем желающим то, что останется.
Я напоказ отцепил с пояса ножны и бросил их под куст к туесу. Урод хохотнул и, проигнорировав мой жест, шагнул ближе.
— Это не поединок, безродная мразь. Много чести такому…
Я не дослушал. Метнулся вперёд и, подсев, со всей мочи всадил кулак в живот гада.
Сегодня я не собираюсь скрывать свою основательно возросшую со времени нашего боя с Гудрун силу. Наоборот, хочу показать себя во всей красе этим трусам. Пусть смотрят. Пусть видят. Пусть понимают, что с Китаром-безродышем лучше не связываться. Нынче мне терять нечего.
Санос охнул. Не ожидал от меня такой прыти, гад? Бьёшь в ответ? А меня уже нет там. Отскочил, поднырнул под размашистый удар старшака — и коленом с прыжка ему в пах. Тот согнулся, а я уже с левой луплю ему в ухо.
За мной ловкость, и сила. За ним вес, крепь и опыт. Всё же этот урод начал драться, когда я ещё мелким с мамкой, папкой на хуторе жил. Не позволил себя добить, откатился, закрылся локтями. Не вставая, отбил подставленной ногой мой удар и вскочил. Глаза красные, ухо бордовое. Морду перекосило от злости.
— Ты труп, гнида!
Как же всё поменялось. Сегодня он в ярости, а я спокоен, как дуб. Моя главная задача сейчас: продолжать его злить. И не дать себя схватить. В борьбе против такого тяжёлого у меня шансов нет.
— Может в посёлке продолжим? Чтобы все видели, как я тебе зад надеру?
— Тварь!
Санос бросился на меня. Кулаки замелькали. Всё мимо. Скачу белкой вокруг. Не кусаю пока — пускай слегка выдохнется. Краем глаза поглядываю на замкнувших круг швыстов. Нельзя, чтобы кто-то исподтишка толкнул в спину или подножку подставил. Эти могут. Но не Браг с Гаучем — у младших кишка тонка. И не девчонки, которых с Гудрун трое здесь.
