У нас в деревне, если у всех на виду детвора сцепится, народ не сразу бросится разнимать. Поглазеют сначала. Судя по равнодушию на лицах прохожих, в Граде к мордобою подростков относятся даже спокойнее. Значит, нужно, или избежать драки, или, если не получится, закончить бой быстро.
— Много должен? — поинтересовался у малого главарь босоногих, не отводя от меня, как, наверное, ему самому представлялось, очень грозного взгляда.
— Десять медяков и ещё три. Забыл, как там вместе.
— Парни, у меня просто нет столько, — примирительно развёл руки я.
— Говорю вот вашему, что завтра утром всё отдам. Батя выдрыхнется с дороги, и монеты подкинет. Совпало так просто.
— Тринадцать, значит, — не обратил на мои слова внимания парень. — За кидок удваиваем. Двадцать шесть получается. Есть с собой столько?
Это уже ко мне вопрос.
— Если нет, боты с безрукавкой скидай.
Грабёж среди бела дня. Они тут в Граде совсем обалдели? Я начал закипать.
— А не много ли хочешь? Мой батя лучший охотник в деревне.
Хотите проблем?
Договориться по-хорошему не получится, но, может, испугаются хоть?
— Опа, опа, — осклабился босоногий. — Нас папкой пугают. Придётся слегка наказать.
Короткий замах и, как, наверное, снова же представлялось оборвышу, резкий удар. Метил в нос, попал…
Попал я. В подбородок. И тут же тому, что был справа, по уху. Кувырок, прыжок, разворот, уклонение. Новый удар отправляет на землю последнего из троих босоножек.
Свист! Пронзительный долгий. Кто научил эту мелочь так громко свистеть?
— Хочешь тоже прилечь?
Но малой уже драпает со всех ног.
За ним гнаться — не выход. Поднимается первый, который главарь."
"— Мы со всем разобрались? Или нужно ещё объяснить?
Удивительно, но урод плюёт в меня кровью из разбитого рта.
— Тебе конец, гнида!
Я не знаю, что предпринять дальше, но кулак врезается в наглую рожу и без моей команды. Двое других тоже пытаются встать. Одного приземляю с руки, второго с ноги. Что же делать? Идти признаваться Лодмуру? Вдруг, решит по ночи нагрянуть сюда? Очень вряд ли, но вдруг?
Ох, йок! Откуда их столько? Дюжина точно есть.
От семи до пятнадцати лет — дружной гурьбой летят в мою сторону через улицу. Прохожие с руганью отпихивают, натыкающуюся на них пацанву, но большего от взрослых ждать не приходится. Бежать? Поздно… Сейчас раскидаю — оборвыши, как я успел убедиться, сплошь слабаки — и сразу к Лодмуру. Похоже, в Босоногое братство входят все беспризорники Града.
